Мои впечатления от повести Толстого “Юность”



Толстой возвратился в Москву после учебы в Казанском университете и поселился с октября 1948 по февраль 1849 года в Малом Николопесковском переулке (ул. Федотовой) в доме 12-14(флигель не сохранился) у приятеля В. С. Перфильева, который послужил прототипом Стивы Облонского в романе “Анна Каренина”. С декабря 1850 по 1851 год жил в доме 36/18 (сохранился несколько измененным) на углу Сивцева Вражка и Плотникова переулка”.

Вот что он пишет в письме к Т. А. Ергольской 9 декабря 1850 года: “… я уже писал вам, что моя квартира очень хороша, она состоит

из четырех комнат: столовая с маленьким роялем, который я взял на прокат, гостиная с диванами, 6 стульями, столами орехового дерева, накрытыми красным сукном, и тремя зеркалами, кабинет, где мой письменный стол, бюро и диван, постоянно напоминающий мне наши споры по поводу его, и еще комната, которая достаточно велика, чтобы служить и спальней и уборной, да еще маленькая прихожая; обедаю я дома, ем щи и кашу и вполне доволен; жду только варенье и наливку, и тогда будет все по моим деревенским привычкам. За 40р. сер. приобрел сани, пошевни, которые здесь в моде…”.

Район тихих переулков, примыкающих к Арбату, нравился

Толстому. Он описал его в третьей части своей трилогии – повести “Юность”. “В нашем переулке не было еще ни одного извозчика…. Только тянулись какие-то возы по Арбату, и два рабочие каменщика, разговаривая, прошли по тротуару. Пройдя шагов тысячу, стали попадаться люди и женщины, шедшие с корзинками на рынок; бочки, едущие за водой; на перекресток вышел пирожник; открылась одна калашная, и у Арбатских ворот попался извозчик, старичок, спавший, покачиваясь, на своих калиберных, облезлых, голубоватеньких и заплатанных дрожках. …Я влез верхом на волнообразное голубенькое колыхающееся сиденье, и мы затряслись вниз по Воздвиженке”.

Покупать книги Толстой отправлялся на Кузнецкий мост, в магазин Готье.

В “Юности” новоиспеченный студент господин Иртеньев в новеньком студенческом сюртуке со шпагой на портупее за несколько часов до веселой пирушки в ресторане Яр отправляется на Кузнецкий мост. “При обращенных со всех сторон на меня взглядах и при ярком блеске солнца на моих пуговицах, кокарде шляпы и шпаге я приехал на Кузнецкий мост и остановился подле магазина картин Дациаро. Оглядываясь на все стороны, я вошел в него. Я не хотел покупать лошадей В. Адама, для того чтобы меня не могли упрекнуть в обезьянстве Володе, но, торопясь от стыда в беспокойстве, которое я доставлял услужливому магазинщику, выбрать поскорее, я взял гуашью сделанную женскую голову, стоявшую на окне, и заплатил за нее двадцать рублей.

Однако, заплатив в магазине двадцать рублей, мне все-таки казалось совестно, что я обеспокоил двух красиво одетых магазинщиков такими пустяками, и притом казалось, что они все еще слишком небрежно на меня смотрят. В соседнем магазине, на вывеске которого был написан негр, курящий сигару, я купил, тоже из желания не подражать никому, не Жукова, а султанского табаку, стамбулку трубку и два липовых и розовых чубука”.

По всей вероятности, писатель посещал и знаменитую кондитерскую на Тверской улице. “С Кузнецкого моста я заехал в кондитерскую на Тверской и, хотя желал притвориться, что меня в кондитерской преимущественно интересуют газеты, не мог удержаться и начал есть один сладкий пирожок за другим. Несмотря на то, что мне было стыдно перед господином, который из-за газеты с любопытством посматривал на меня, я съел чрезвычайно быстро пирожков восемь всех тех сортов, которые только были в кондитерской”.

Существенно расширяется география московских улиц в той части повести “Юность”, где рассказывается, как Николенька уже в качестве студента посещает “нужных знакомых”. “Первый визит был, по местности, к Валахиной, на Сивцевом Вражке… Валахины жили в маленьком, чистеньком, деревянном домике, вход в который был со двора”. “Второй визит по дороге был к Корнаковым. Они жили в бельэтаже большого дома на Арбате. Лестница была чрезвычайно парадна и опрятна, но не роскошна.

Везде лежали полосушки, прикрепленные чисто-начисто вычищенными медными прутами, но ни цветов, ни зеркал не было. Зала, через светло налощенный пол которой я прошел в гостиную, была также строго, холодно и опрятно убрана, все блестело и казалось прочным, хотя и не совсем новым, но ни картин, ни гардин, никаких украшений нигде не было заметно”3. “Но прежде, чем к князю, по дороге надо было заехать к Ивиным. Они жили на Тверской, в огромном красивом доме. Не без боязни вошел я на парадное крыльцо, у которого стоял швейцар с булавой”4. “Ну, теперь последний визит на Никитскую”,-сказал я Кузьме, и мы покатили к дому князя Ивана Иваныча”. …”Кроме того, я увидел у крыльца два экипажа и почувствовал прежнюю робость”.

Это время ознаменовано большой творческой работой, ведением “франклионовского”дневника, созданием повести “из цыганского быта”, “Истории вчерашнего дня”. Этот замысел был осуществлен в трилогии “Детство”, “Отрочество”, “Юность”.

Среди московских литераторов большой симпатией и уважением Толстого пользовался Василий Петрович Боткин, один из сотрудников журнала “Современник”. В. П. Боткин был в самых дружеских отношениях с писателями круга “Современника” И. С. Тургеневым, Д. В. Григоровичем, А. В. Дружининым. Сестра Василия Петровича Боткина, Мария Петровна, была женой А. А. Фета. Толстой бывал в московском доме Боткина в Петроверигском переулке и на его даче в Кунцеве.

Здесь он встречался с А. В. Дружининым, А. А. Григорьевым и другими литераторами. Восхищение Толстого окрестностями Кунцева отразилось в повести “Юность”, над которой он тогда работал. Одна из глав черновой редакции была озаглавлена “Кунцево”.

Нужно отметить, что поэтическое описание окрестностей Кунцева дано как бы в противопоставлении жестокой реальности большого города. “Только когда мы выехали из города и грязно-пестрые улицы и несносный оглушительный шум мостовой заменились просторным видом полей и мягким похряскиванием колес по пыльной дороге и весенний пахучий воздух и простор охватил меня со всех сторон, только тогда я немного опомнился от разнообразных новых впечатлений и сознания свободы, которые в эти два дня совершенно меня запутали”.

Жизнь без серьезных целей и перспектив угнетает его и создает ощущение глубокой неудовлетворенности. Самообличением и самоосуждением наполнены многие страницы его дневника той поры. Чтобы положить конец такому образу жизни, Толстой решает в апреле 1851 уехать на Кавказ.

Он отправляется туда вместе со своим братом-офицером Николаем Николаевичем, получившим назначе – ние в действующую армию, ведущую войну с горцами.

Москва для Льва Толстого была не просто городом, где он жил. Он любил и знал Москву, он изучил ее до такой степени, что она вошла во многие его произведения. Москва связана со многими главными этапами жизни самого писателя, начиная с 1837 года, когда в доме Щербачева, в одноэтажном особняке с мезонином поселилась семья Николая Ильича Толстого с пятью детьми.

В Москве Лев Толстой пережил первую любовь, первое разочарование в дружбе, учился противостоять жестокости и насилию. Именно в Москве, в доме на Сивцевом Вражке в ведущем как бы рассеянный, светский образ жизни молодом графе Льве Толстом пробуждается писатель. Именно здесь его детские, отроческие наблюдения, все впечатления тонкой и ранимой души, постоянный поиск истины и смысла жизни начинают переплавляться в творчество писателя.

И первым успешным итогом этого становится его трилогия “Детство”, “Отрочество”, “Юность”. Повесть, скромно подписанная буквами “Л Н”, произвела переворот в русской литературе. Рассматривая в целом творчество Толстого, нельзя не отметить, что отношение к Москве писателя со временем изменилось.

К концу жизни он все резче критиковал контрасты города, его антигуманную сущность.

Но в сочинении рассматривались первые впечатления юного Льва Толстого, вошедшие в его трилогию “Детство”, “Отрочество”, “Юность”, где читатель готов проникнуться детским восхищением величием древнего города, пройти по его улицам, тихим арбатским переулкам вместе с начинающими писателем. Позже, в “Войне и мире” Толстой напишет: “Всякий русский человек, глядя на Москву, чувствует, что она мать…”.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (1 votes, average: 5.00 out of 5)
Loading...

Мои впечатления от повести Толстого “Юность”