Образ принца Генриха в драме Шекспира



Образ принца Генриха весьма сложен, что было отмечено еще шекспироведами XIX века; некоторые из них даже считали, что по сложности и многосторонности принц Генрих следует непосредственно за Гамлетом или даже не уступает ему. Быть может, в таких утверждениях есть определенная доля преувеличения, но сложность характера принца не подлежит сомнению. Об этом косвенно, но весьма убедительно свидетельствуют расхождения в оценке принца, иногда перерастающие в прямо противоречащие суждения; одни исследователи безоговорочно называют принца – не только как правителя, но и как личность – воплощением шекспировского положительного идеала; другие столь же решительно осуждают его как человека.

Во многих работах, в том числе и в исследованиях советских шекспироведов, можно заметить тенденцию к определенному упрощению образа принца. Такое упрощение возникает неизбежно, если в качестве основы для характеристики принца используется преимущественно материал “Генриха V”, а анализ развития этого образа в “Генрихе IV” сводится к упоминанию скороговоркой о том, что на принца

благотворно повлияло его общение с низами общества.

Обе части “Генриха IV” являются для образа Генриха V грандиозным прологом, который оказался значительно богаче и интереснее финала. Но, разумеется, при анализе образа принца Генриха никак нельзя забывать о его дальнейшем развитии в “Генрихе V”. Принц постепенно вырастает в абсолютного и притом идеального монарха.

В финале “Генриха IV” он остается единственной инициативной личностью; остальные главные действующие лица – и король, и Хотспер, и Фальстаф – освобождают для принца поле деятельности, на котором он без серьезных препятствий может осуществлять свою волю.

Композиционно принц Гарри в обеих частях “Генриха IV” играет роль связующего звена между всеми планами пьес; таким приемом Шекспир стремится усилить художественную убедительность образа идеального монарха, который представляет собой художественную проекцию политических идеалов Шекспира. В “Генрихе V” эпизоды хроники объединяются тем, что все они призваны служить характеристике короля.

Достоверные исторические сведения о жизни Генриха V не дают никаких оснований предполагать, что юность принца протекала в буйствах и беспутном бражничаньи-так, как ее рисует традиция, воспринятая Шекспиром. Наоборот, из исторических источников принц Гарри – будущий Генрих V – предстает как хитрый, коварный политик, жестокий и честолюбивый авантюрист.

Генрих V родился в 1387 году в Монмуте, недалеко от границы Уэльса. Образование он получил в “Колледже королевы” в Оксфорде иод руководством своего дяди, кардинала Генри Бофора. Когда Болипгброк был изгнан, Генрих Монмутский остался при дворе Ричарда II и был посвящен королем в рыцари.

Вскоре после высадки отца в Рейвенсперге Генрих присоединился к нему и по восшествии Генриха IV на престол получил титул принца Уэльского, герцога Ланкастерского и Акви-танского. Уже в 1400 году он принимал участие в походе Генриха IV против валлийцев и на протяжении ряда последующих лет вел борьбу с Оуэном Глендауром. В конце царствования Генриха IV (1410-1411) принц Генрих был фактическим правителем государства.

В эти же годы он пытался начать свои внешнеполитические авантюры, поддерживая герцога Бургундского против Арманьяков.

Самостоятельная политика Генриха V также характеризуется крайним авантюризмом. Несмотря на то что военные действия против Франции в период правления Генриха V принесли значительные успехи англичанам, что объяснялось прежде всего далеко зашедшим разложением в кругах французской феодальной знати, завоевательная политика Генриха V была обречена на провал. Войны Генриха V и его предшественников Энгельс называет “донкихотскими” и указывает, что если бы они продолжались дольше, Англия в них “истекла бы кровью”.

Маркс в “Хронологических выписках” с возмущением подчеркивает жестокость коронованного “карьериста”, его вероломство по отношению к своему бывшему другу, главе лоллардов лорду Кобгему (сэру Джону Олдкастлю). Во время царствования Генриха IV принц, находясь в оппозиции к отцу, был весьма близок виклефитам, против которых неистовствовал Генрих IV, “потому что они были опасны для государства (антимонархисты)”. А вступив на трон, Генрих V в 1454 году “привлек в конце концов на свою сторону поповскую и дворянскую аристократию своими подлостями по отношению к этим “радикальным реформаторам” (между прочим, в Сен-Джайльсе в Лондоне) и зверской казнью лорда Кобгема.

Таково было первое выступление рыцарственного Генриха V на сцену”.

“Обращение” Генриха V, т. е. его измена своим бывшим друзьям и начало жестоких преследований лоллардов – демократической оппозиции католицизму – было с восторгом встречено клерикальными кругами. Католическая церковь, заинтересованная в дискредитации своих противников, и прежде всего вождя лоллардов Олдкастля, старалась представить его в глазах простых людей в самом невыгодном свете.

Этой идеализации способствовали и некоторые личные качества Генриха V – его безусловная смелость, а также известная заботливость по отношению к солдатам; понимая, что именно они являются основной и решающей силой в условиях изменившейся тактики, Генрих V принимал все меры для обеспечения армии, не останавливаясь перед тем, чтобы закладывать для этой цели личные драгоценности, в том числе и свою корону.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (1 votes, average: 5.00 out of 5)
Loading...

Образ принца Генриха в драме Шекспира