“Стихи к Блоку” Марины Цветаевой



Сильно ударила по Цветаевой смерть Александра Блока в 1921 году. Она завершает цикл “Стихи к Блоку”, начатый еще в 1916 году. Цветаева видела Блока только на его вечерах, она считала его таким же великим поэтом, как и Пушкина. Цветаева славила его в молитвенном преклонении, “писала своего Блока”.

В стихотворении “Ты проходишь на запад солнца” она берет за первоисточник православную молитву “Свете тихий”.

Ты проходишь на запад солнца, Ты увидишь вечерний свет. Ты проходишь на запад солнца, И метель заметает след. Мимо

окон моих – бесстрастный – Ты пройдешь в снеговой тиши, Божий праведник мой прекрасный, Свете тихий моей души!

Я на душу твою – не зарюсь! Нерушима твоя стезя. В руку, бледную от лобзаний, Не вобью своего гвоздя. И по имени не окликну, И руками не потянусь.

Восковому, святому лику Только издали поклонюсь. И, под медленным снегом стоя, Опущусь на колени в снег, И во имя твое святое, Поцелую вечерний снег. Там, где поступью величавой Ты прошел в гробовой тиши, Свете тихий – святыя славы Вседержитель моей души.

С Блоком связаны у Цветаевой такие понятия, как святость, страдание, свет и – снег: “снеговой

лебедь”, “снеговой певец”. Он был для Цветаевой современным Орфеем, с постоянным чувством катастрофы в душе. Об отношении Цветаевой к Блоку можно судить уже по первому стихотворению цикла. Она трепетно и с нежностью воспринимает сам звук имени поэта:

Имя твое – птица в руке, Имя твое – льдинка на языке. Одно-единственное движение губ. Имя твое – пять букв.

Бальмонт вспоминает о близости матери и дочери, и действительно, в это тяжелое время Аля была настоящей помощницей матери. Вынужденная отдать ее и младшую дочь Ирину в приют в 1919 году, Цветаева очень скучала, особенно по старшей дочери. Появляется цикл стихов, обращенных к Але.

Маленький домашний дух, Мой домашний гений! Вот она, разлука двух Сродных вдохновений! Жалко мне, когда в печи Жар,- а ты не видишь!

В дверь – звезда в моей ночи! Не взойдешь, не выйдешь! Платьица твои висят, Точно плод запретный. На окне чердачном – сад Расцветает – тщетно.

Голуби в окно стучат Скучно с голубями! Мне ветра привет кричат Бог с ними, с ветрами! Не сказать ветрам седым, Стаям голубиным – Чудодейственным твоим Голосом: – Марина!

Ко второй дочери, Ирине, Цветаева относилась равнодушнее, чем к Але, ставшей тогда ей поддержкой и опорой, уделяла ей меньше внимания. От рождения Ирина была слабой и болезненной, едва ходила и почти не умела говорить. К ней не было таких сильных материнских чувств, творчество уже было сильнее.

Ирина была ребенком обыкновенным, не то, что Аля – вундеркинд.

Все знакомые убеждали Цветаеву отдать девочек в приют и, наконец, она согласилась. Девочки попали в Кунцевский приют, но директор его оказался преступником и наживался на продуктах. Связи с Москвой почти не было, и когда Марина Цветаева навестила девочек, Аля была при смерти. Кроме истощения, у нее были еще тиф и малярия.

Цветаева забрала ее в Москву, работала и одна выхаживала девочку. Когда ей удалось во второй раз пробраться в Кунцево, Ирину уже похоронили. В сущности, Цветаевой пришлось выбирать, какую из девочек спасти, на двоих не было ни сил, ни денег.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (1 votes, average: 5.00 out of 5)
Loading...

“Стихи к Блоку” Марины Цветаевой