Стихи эмиграции Марины Цветаевой



В Париж Марина Цветаева приехала уже с двумя детьми – в феврале 1925 года у нее родился сын Георгий (Мур). В мечтах Цветаева называла его Борисом – в честь Пастернака, но уступила мужу, согласившись на Георгия. Она боготворила сына, и это отношение сохранилось на всю жизнь. Цветаева приносила ему в жертву все – вплоть до стихов. “Он не должен страдать от того, что я пишу стихи,- пусть лучше стихи страдают!” – писала она в одном из писем.

Мур стал центром ее жизни, средоточением чувств, мыслей, мечтаний. Стихи ее не ценились, в ней видели

только высокомерие и противоречия. Деньги были только от печатания стихов в журналах, поэтому жила Марина Цветаева очень бедно.

Ее друзья даже организовали комитет, который ежемесячно собирал для нее деньги.

Друзья, бывавшие в доме Цветаевой, отмечали запущенность и неряшливость жилища: “В доме у них грязь была ужасная, вонь и повсюду окурки. Среди комнаты стоял огромный мусорный ящик”.

“Вообще она была удивительно неприспособленная. Дома у нее всегда был страшный бедлам”. Отношения Цветаевой с редакциями тоже были непростыми.

У русской эмиграции существовало множество журналов,

газет и альманахов различных направлений, но стихи Марины Цветаевой печатали немногие: газеты “Последние новости”, “Возрождение”, “Дни”, журналы “Воля России” и “Современные записки”. Рукописи часто печатались с сокращениями и искажениями. Тем не менее, благодаря волевому и напористому характеру Цветаевой, ей удалось напечатать почти все, что считала нужным.

Однако за четырнадцать лет парижской жизни она выпустила только одну книгу стихов “После России. 1922- 1925”, да и та прошла почти незамеченной. В поисках заработка Марина Цветаева пыталась войти во французскую литературу, переведя некоторые стихи и поэму “Молодец”, однако попытка напечатать их не удалась. Одной из возможностей достать деньги были литературные вечера, но они проходили нечасто.

Сергей Яковлевич не стал главой и кормильцем семьи, его интересовала политика, а в политике – СССР. Периодически он печатал свои рассказы, а также снимался в массовках в кино.

Стихи эмиграции – важный этап творчества Марины Цветаевой. Их отличает внешняя простота, сдержанность, объективность, но появляется глубина мудрости. В этих стихотворениях видна отрешенность поэта, уход в глубины сознания, во внутренний мир. Цветаева отчуждается от людей, ограничивая свой мир предметами неодушевленными.

Появляются циклы, обращенные к столу, кусту, саду. В этих стихах уже нет бунта, поэт принимает все как должное, не пытаясь преодолеть судьбу, углубляется в себя:

Уединение: уйди В себя, как прадеды в феоды. Уединение: в груди Ищи и находи свободу. Уединение в груди.

Уединение: уйди, Жизнь!

Тогда же создано одно из самых гениальных стихотворений Цветаевой, которое ныне можно найти во всех сборниках. Одиночество на чужбине вылилось и выстрадалось в строчки, полные тоски и даже попытки издеваться над этой тоской:

Тоска по родине! Давно Разоблаченная морока! Мне совершенно все равно – Где совершенно одинокой Быть, по каким камням домой Брести с кошелкою базарной В дом, и не знающий, что – мой, Как госпиталь или казарма…

Трудно сказать, знала ли Марина Цветаева о деятельности мужа. Конечно, что-то ей было известно, ведь она ходила к тем же людям, вращалась в тех же кругах, что и он. Однако Марина Цветаева была уверена в честности мужа и доверяла ему.

К тому же по характеру она была чужда политических дрязг, не понимала дипломатических игр. После отъезда мужа и дочери Цветаева осталась в Париже одна с сыном.

Большинство знакомых отшатнулось от нее из-за скандала с мужем, и она осталась практически в одиночестве. Оставаться было невозможно, и она решила возвращаться в Советский Союз. Большую часть своего архива Цветаева оставила друзьям и знакомым, сохранилось далеко не все.

Страдая от невозможности помочь любимой стране, поэт отворачивается от людей, способных совершить такое злодеяние. Цветаева не хочет жить в мире подлости и жестокости и снова уходит в себя. Она даже готова пожертвовать самым ценным, что у нее есть – талантом поэта, чтобы только не видеть, не чувствовать эту боль.

С Германией рухнуло прибежище ее “немецкой души”, жить было больше нечем. 12 июня 1939 года Марина Цветаева с сыном выехали из французского порта Гавр в СССР.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (1 votes, average: 5.00 out of 5)
Loading...

Стихи эмиграции Марины Цветаевой