Стихотворения цикла Москва Марины Цветаевой



Марина Ивановна Цветаева родилась в 1892 году в Москве. Пожалуй, нет ни одного поэта, который бы столь сильно любил этот древний город. Куда бы ни заносила судьба великую русскую поэтессу, Цветаева рвалась в Москву, которая была для нее воплощением русского духа, непокорного и самобытного. Первые строки, посвященные исчезающим “домикам старой Москвы”, написаны Цветаевой еще в 1911 году.

Это юношеская зарисовка, полная любви и обожания, но еще незрелая. Гораздо интереснее цикл стихов о Москве, написанный в 1916 году. Каждое стихотворение этого цикла – истинный шедевр.

Цветаева говорит о Москве как о городе своих предков, городе, с которым связана все ее жизнь и который она должна передать по наследству своей дочери. Москва поэтессы наполнена колокольным перезвоном, это город богомольцев и сорока церквей:

Облака – вокруг, Купола – вокруг. Надо всей Москвой Сколько хватит рук!

Цветаева уподобляет Москву женщине, отвергнутой Петром, но женщине гордой, несломленной:

Царю Петру и вам, о царь, хвала! Но выше вас, цари, колокола. Пока они гремят из синевы Неоспоримо

первенство Москвы.

В стихотворениях цикла Москва названа огромным странноприимным домом, домом всей бездомной Руси. Москва не помнит имен – она живет жизнью дорог и паломничеств. В ней слились воедино сброд и монахи, в ее жителях кипит дерзкая кровь и царствует святость. Может быть, именно этим и была близка Цветаевой Москва, потому что сама поэтесса была от природы бунтарем, готовым дерзко нарушать все законы жизни и творчества.

На протяжении всей жизни Цветаеву интересует история России. И ближе всего ей смелые бунтари:

Кремль! Черна наготой твоей! Но не скрою, что всех мощей Преценнее мне – пепел Гришки!

Россия для поэта – воплощение духа бунтарства, непокорности, своеволия. Московская Русь, ее цари и царицы, ее кремлевские святыни, Смутное время, Лжедмитрий и Марина Мнишек, свободное цыганское житье и, наконец, кабацкая, каторжная Россия – все это образует некое единство:

Нетоптаный путь, Непутевый огонь. Ох, Родина-Русь, Неподкованный конь!

Москва воплотила в себе все эти стихии: “Даром что свят – вид”. В ней слышен “рев молодых солдат” и колокольный звон, в ней “за голенищем – нож” и смиренные странники, “во тьме поющие бога”. Но над всем этим – “сорок сороков” колоколен, а в центре – “пятисоборный несравненный круг” древнего Кремля. В послании к Александру Блоку Цветаева противопоставляет Москву надменному Петербургу:

И не знаешь ты, что зарей в Кремле Легче дышится – чем на всей земле!

“Колокольный град”, пожалуй, самое дорогое, что носила в своем сердце эта мужественная женщина с нелегкой судьбой. В молодости Марина Цветаева не скрывала своей неприязни к Петру Великому. Она очень любила Москву и не могла простить того, кто лишил этот город венца столицы.

Москва для Цветаевой была символом старой, патриархальной Руси, которой противостояла грубая сила царского каприза. Старая Русь была для Цветаевой как бы даром Божьим, и ее разрушение поэтесса воспринимала как богоборческий бунт земной власти, бессильной, однако, утвердить свое превосходство в высшем смысле: “Но выше вас, цари, колокола”.

Петр в изображении Цветаевой претендует на власть не только над частью материального мира, но и над иными мирами, что превращает его в слугу дьявола (недаром же многие религиозные люди воспринимали его как Антихриста). Эту мысль Цветаева выражает в стихотворении “Петру” из цикла “Лебединый стан”:

…Нет, Государь Распровеликий, Распорядитель снов. Не на своих сынов работал, Бесам на торжество!..

Построив на крови свою сатанинскую империю и ее новую столицу, Петр как бы заранее обрекает все это на гибель:

Родоначальник – ты – развалин. Твоею же рукой провален Твой баснословный град…

Нормальная жизнь в таком царстве невозможна. Стихотворение Цветаевой перекликается и с “Ужо тебе!” героя “Медного всадника”, и со стихотворением Якова Полонского “Миазм”, где рассказывается страшная история о том, как в петербургский дом является призрак одного из тех, на чьих костях был построен город. Болотными испарениями привидение губит невинного ребенка. Судьба этого ребенка, как и трагедия пушкинского Евгения, говорит о том, что пролитая кровь рано или поздно напомнит о себе тем, кто живет на земле, ее впитавшей.

И петровская империя взорвалась, расплескивая кровь, которая была в ее фундаменте.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...

Стихотворения цикла Москва Марины Цветаевой