Жанровые особенности романа “История одного города”. Краткое изложение текста

М. Е. Салтыков-Щедрин занимает в русской литературе особое место. Искусство сатиры требует смелого, бескомпромиссного подвига писателя, решившего посвятить свою жизнь беспощадному развенчанию зла. М. С. Ольминский был уверен: “В наше время уже не может быть сомнений в том, что Щедрину принадлежит одно из первых мест в истории русской литературы”.

Смелый взгляд писателя позволял иначе смотреть на мир. Салтыков освоил и крупные, и малые сатирические жанры: Роман с интересным сюжетом и глубоко прочувствованными образами, фельетон, сказку, драматическое произведение, рассказ, пародию. Писатель ввел в мировую литературу сатирическую хронику, он был верен своему жанру – “циклу”. Важное место в жанровых пристрастиях Салтыкова принадлежит роману. “У нас установилось такое понятие о романе, что он без любовной завязки быть не может…

Я считаю мои “Современная идиллия”, “Головлевы”, “Дневник провинциала” и др. настоящими романами: в них, несмотря даже на то, что они составлены как бы из отдельных рассказов, взяты целые периоды нашей жизни”, – говорил автор “Истории одного города”. Один критик в 1881 году писал: “Для будущего историка русского общества, когда он подойдет к переживаемой нами эпохе, не будет более драгоценного клада, как Сочинения г. Салтыкова, в которых он найдет живую и верную картину современного общественного строя… Салтыков во всей истории русской литературы не знает себе равного, когда дело идет о том, чтобы схватить типические черты переживаемого обществом времени, чтобы живо подметить тот или другой новый народившийся тип и осветить его со всею яркостью своего мощного таланта”.

М. Горький утверждал, что “невозможно понять историю России XIX века без помощи Щедрина”. Тема России всегда интересовала и притягивала своей неповторимостью русских писателей: А. С. Пушкина, Н. В. Гоголя, И. С. Тургенева, Н. А. Некрасова, Н. С. Лескова, Ф. М. Достоевского, Л. Н. Толстого, А. П. Чехова, И. А. Бунина, А. А. Блока, С. А. Есенина… Но их Россия была реальной, она жила, страдая и радуясь, любя и ненавидя, прощая и жалея.

Россия же Салтыкова особенная, ее можно понять, только глубоко задумавшись и проникнув в ее тайны, приблизив ее к себе, и тогда слова сатирика найдут своего внимательного читателя: “Я люблю Россию до боли сердечной и даже не могу помыслить себя где-либо, кроме России. Вот этот-то культ, в основании которого лежит сердечная боль, и есть истинно русский культ. Болит сердце, болит, но и за всем тем всеминутно к источнику своей боли устремляется…”

Понять идею “Истории одного города” невозможно без проникновения в ее художественную сущность, без глубокого осмысления ее своеобразия и неповторимости. Произведение написано в форме повествования летописца-архивариуса о прошлом города Глупова, но исторические рамки ограничены – с 1731 по 1826 год.

Салтыков-Щедрин не следовал исторической канве развития России, но некоторые события, а также лица, исторически узнаваемые, оказали влияние на сюжет романа и своеобразие художественных образов. “История одного города” – это не сатира на прошлое, потому что писателя не интересовала чисто историческая тема: он писал о настоящем России. Однако некоторые правители города Глупова напоминают реальных монархов: Павла I можно узнать в образе Негодяева, Александра I – в образе Грустилова, Николая I – в образе Перехват-Залихватского; некоторые градоначальники отождествляются с государственными деятелями: Беневоленский – со Сперанским, Угрюм-Бурчеев – с Аракчеевым. В письме к Пыпину Салтыков пояснял: “Историческая форма рассказа была для меня удобна потому, что позволяла мне свободнее обращаться к известным явлениям жизни”.

Связь с историческим материалом ощутима в главе “Сказание о шести градоначальницах”. Дворцовые перевороты после смерти Петра I “организовывались” в основном женщинами, и некоторые из императриц угадываются в образах “злоехидной Ираидки”, “беспутной Клемантинки”, “толстомясой немки Штокфиш”, “Дуньки-толстопятой”, “Матренки-Ноздря”. Кто конкретно завуалирован – не важно, потому что писателя интересовали не конкретные лица, а их действия, согласно которым осуществлялся произвол власть имущих.

В письме Пыпину Салтыков сообщает: “Может быть, я и ошибаюсь, но, во всяком случае, ошибаюсь совершенно искренно, что те же самые основы жизни, которые существовали в XVIII в., существуют и теперь”.

Начиная работать над романом, Салтыков-Щедрин признавался: “Меня ужасает эпоха, ужасает историческое положение…”

Рассказывая якобы о прошедших временах, писатель тем не менее говорил о проблемах современного ему общества, о том, что волновало его как художника и гражданина своей страны.

Стилизовав события столетней давности, придав им черты эпохи XVIII века, Салтыков-Щедрин выступает в разных ипостасях: сначала он ведет повествование от лица архивариусов, составителей “Глуповского летописца”, затем от автора, выполняющего функции издателя и комментатора архивных материалов.

Некоторые современники Салтыкова предположили родственную связь романа ” История одного города” с пушкинской “Историей села Го-рюхина”. Возможно, появление такой гипотезы было вызвано наличием формы пародийного летописно-исторического повествования у Пушкина и у Салтыкова-Щедрина. К истории писатель-сатирик обратился для того, чтобы сгладить неизбежные столкновения с царской цензурой, а также для того, чтобы показать исторически сложившуюся политику монархического деспотизма, которая долгие годы оставалась неизменной.

Подойдя к изложению изобретательно, Салтыков-Щедрин сумел соединить сюжеты и мотивы легенд, сказок, других фольклорных произведений и просто, доступно донести до читателя антимонархические идеи в картинах народного быта и повседневных заботах россиян.

Открывает роман глава “Обращение к читателю”, стилизованная под старинный слог, в которой писатель знакомит своих читателей со своей целью: “изобразить преемственно градоначальников, в город Глупов от российского правительства в разное время поставленных”.

Глава “О корени происхождения глуповцев” написана как пересказ летописи. Начало – подражание “Слову о полку Игореве”, перечисление известных историков XIX века, имеющих прямо противоположные взгляды на исторический процесс (Н. И. Костомаров и С. М. Соловьев).

Доисторические времена Глупова кажутся нелепыми и нереальными, так как поступки народов, живших в давние времена, далеки от осознанных деяний. Хотя взаимоотношения народов в романе Салтыкова-Щедрина – это не только пародия на историческую легенду, но и сатира на идеи: “великодержавную” и народническую.

“Опись градоначальникам” представляет собой комментарий к последующим главам, и, согласно биографическим данным, каждый правитель Глупова уходил из жизни по совершенно нелепой причине: одного заели клопы, другого растерзали собаки, у третьего испортился головной инструмент, четвертого погубило обжорство, пятый пытался понять сенатский указ и умер от натуги и т. д. Каждый образ индивидуален и в то же время типичен – Салтыкова-Щедрина считают новатором в разработке методов сатирической типизации.

Рассказ о деятельности глуповских градоначальников открывает глава “Органчик”, повествующая о Брудастом, образ которого олицетворяет основные черты правительственного деспотизма, тупости и ограниченности. “Эзоповский язык” позволяет писателю назвать Брудастого (а вместе с ним самодержавную власть) дураком, прохвостом, палачом и злобной собакой.

Образ Органчика подтверждает многолетние наблюдения за деяниями государственных мужей: для достижения целей достаточно двух слов – “разорю!” и “не потерплю!”, что объясняет бездушие и безразличие монархической власти. Наипростейший деревянный механизм, с помощью которого Брудастый выкрикивает свои приказы-команды, является преувеличением, образ этого градоначальника, как и остальных, фантастичен и гиперболизирован. Но печально, что поступки, совершаемые человеком с деревянной головой, ничем не отличались от деятельности реальных людей.

“Сказание о шести градоначальницах” – это не только сатира на царствование коронованных особ, а в некоторых случаях авантюристок, живших в XVIII веке, но и пародия на многочисленные произведения на историческую тему, появлявшиеся в 60-е годы.

Глава “Известие о Двоекурове” содержит в себе намек на Александра I. Двоекуров сделал обязательным употребление горчицы и лаврового листа. Но биография градоначальника не дошла до современников, которые могли бы разобраться в теории его правления.

Следующий градоначальник – Фердыщенко – действует в главах “Соломенный город” и “Фантастический путешественник”. А знакомство с ним происходит в главе “Голодный город” . Бедствия принимают огромный масштаб, а народ безмолвно терпит эти испытания судьбы и не пытается защитить свои интересы. Сатира на мужика приобретает силу негодования автора, не терпящего унижения горячо любимого и уважаемого им русского народа.

Наглость и лицемерие правительства проявляются в притеснении собственного народа. Пожары, наводнения, голод – все довелось испытать русскому мужику, который еще не умеет отстаивать свои интересы.

Василиск Семенович Бородавкин, заменивший на посту Фердыщенко, более всего напоминает Николая I. “Войны за просвещение” – даже в самом названии главы подчеркивается несовместимость этих двух понятий. Бородавкин требовал, чтобы глуповцы сеяли персидскую ромашку. С помощью оловянных солдатиков он вел свои дикие войны, например, спалил тридцать три деревни и с помощью сих мер взыскал недоимок два рубля с полтиной”. Жестокость, бессмысленность поступков градоначальника потрясают своей бесчеловечностью.

И все же вымысел очень похож на правду, ведь, как говорил Салтыков-Щедрин: “Бывают чудеса, в которых, по внимательном рассмотрении, можно подметить довольно яркое реальное основание”.

Следующая глава “Эпоха увольнения от войн” содержит рассказ о градоначальнике Не-годяеве. Согласно “Описи”, он “размостил вымощенные предместниками его улицы”, то есть пытался скрыть деяния своих предшественников. Следующий градоначальник Микаладзе отменил строгую дисциплину, поддержал изящество манер и ласковое обхождение.

С градоначальником Беневоленским (дословный перевод его фамилии с латыни – “желающий добра”) читатель встречается после расставания с Микаладзе. Известный законодатель, огорченный запретом издания его законов, сочиняет проповеди в доме купчихи Распоповой. Но конец карьеры Беневоленского предопределен: заподозренный в измене и связях с Наполеоном, он отправляется в ссылку.

Прыщ – градоначальник с фаршированной головой – не менее занимательное создание Салтыкова-Щедрина. В письме к А. Н. Пыпину сатирик писал: “Я могу каждое свое сочинение объяснить, против чего они направлены, и доказать, что они именно направлены против тех проявлений произвола и дикости, которые каждому честному человеку претят. Так, например, градоначальник с фаршированной головой означает не человека с фаршированной головой, но именно градоначальника, распоряжающегося судьбами многих тысяч людей.

Это даже не смех, а трагическое положение”.

Во вступлении к главе “Поклонение мамоне и покаяние” даются некоторые обобщения и итоги. Речь идет о народе, который живет, несмотря на смертный бой. “Одну из… тяжких исторических эпох, вероятно, переживал Глупов в описываемое летописцем время”,- сообщает писатель. Дальнейший рассказ о градоначальниках – в продолжении главы.

Штаб-офицер, появившийся в предыдущей главе, позднее займет свое место градоначальника и оставит неизгладимый след в истории Глупова и в жизни глуповцев. Этим офицером был Угрюм-Бурчеев. Его внешность, взгляд поражали неправдоподобностью. Образ Угрюм-Бурчеева – символ угнетения и произвола.

В бреду градоначальника, теории превращения мира в казарму и разделения людей на роты и батальоны воплощена мечта всех его предшественников, желающих власти во что бы то ни стало.

Угрюм-Бурчеев разрушил город, заставил людей остановить движение реки. И только взглянув в глаза друг другу, глуповцы поняли, как ничтожны замыслы градоначальника и как нелепы они в своем долготерпении. Более всего возмутил приказ правителя о назначении шпионов – это было “каплей, переполнившей чашу”.

На помощь жителям пришла природа – оно – и уничтожила то, что выросло за многие годы каторжного труда народа и безнаказанного поведения властей.

“История одного города” – пророчество неизбежного краха самодержавной власти, основанной на угнетении народа, поругании его чести и несоблюдении его прав и свобод.

‹ Вопросы и задания Вверх История одного города” как социально-политическая сатира ›

М. Е. Салтыков-Щедрин Рефераты и сочинения


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...

Жанровые особенности романа “История одного города”. Краткое изложение текста