Я хочу рассказать вам о том, что случилось
Слово “случилось” предполагает какое-то происшествие, что-то неожиданное. То, о чем я хочу рассказать, формально под определение случая, неожиданности не попадает, но… Ничего неожиданного в нашей прошлогодней семейной поездке не было. Полгода мы планировали экскурсию по пушкинским местам.
Мама там бывала раньше, теперь она хотела показать их нам – папе, мне и брату. Она так живо рассказывала о Михайловском, Тригорском, Святогорском монастыре, что казалось: я там уже была. И мы поехали.
Приехали в Пушкинские горы. И вот тут
Зашли его навестить. Все потому, что музей-заповедник потрясает своей достоверностью. Будто и не XXI век на дворе: мы окунулись в атмосферу XIX столетия.
Фашисты оставили от Михайловского одно пепелище, но сохранилась природа, правда, тоже кое-где опаленная войной. Та природа, которая вдохновляла поэта на прекрасные произведения. Пейзаж стал тем, с чего начали возрождать заповедник. Сохранились вековые деревья, холмы, лес, речка Сороть, заливные луга…
Восстанавливали барский Дом, мостки,
На территории заповедника нет никакой техники: ни одного автомобиля, мотоцикла, трактора и т. п. Колея, ведущая меж вековых елей и лип к барскому дому, есть, но она от телег. Работают две мельницы: ветряная и водяная. Даже урны для мусора не уродины бетонные, а из ивняка, чтобы не нарушать общей картины.
Нет назойливых указателей, характерных для музеев-заповедников.
Возрождение природного окружения в пушкинских местах было первостепенным, потому что, когда поэта спрашивали о его кабинете, он отвечал: “Деревня – мой кабинет”. А это – леса и холмы, это Сороть и луга, то заснеженные, то цветущие, то покрытые золотым ковром листопада.
Все это видел и любил Пушкин. Может, посмотрев на это, мы станем добрее, лучше?
Господский дом в Михайловском – это не застывшее музейное здание. Он живой, потому что в полной гармонии с природой: когда в садах зацветают сирень и жасмин, дом наполняется их весенним ароматом. В июле, когда цветут липы, дом пропитан запахами воска и меда. Все лето и осень в каждом уголке дома – живые цветы.
На праздник Спаса в дом приносят корзины отборных яблок – и дом заполняется их духом.
Это чудо возрождения музея-заповедника, святыни общечеловеческого масштаба, состоялось благодаря энтузиазму, труду, увлеченности и преданности своему делу Семена Степановича Гейченко. В 1945 году он приехал с фронта в Пушкинские Горы, чтобы остаться там навсегда.
Все, что мы увидели и почувствовали за три дня в пушкинских местах, впечатляет, поражает, проникает в душу. Такое душевное озарение, думаю, испытывает каждый гость Михайловского. Это чувство совершенно неожиданно для себя испытала и я, поэтому и называю его “тем, что случилось”: “случилось” присутствие поэта. А произошло это потому, что возродили не просто место, где жил Пушкин, возродили атмосферу давно минувших лет.
В таком музее нет места скуке. Отсюда не хочется уходить. А уходя, мечтаешь о том, чтобы еще хоть раз в жизни вернуться сюда, и благодаришь всех тех, кто создал это чудо.