Характеристика образа Ларисы драме “Бесприданница”



Неприглядное существо персонажей “Бесприданницы” порою обладает неким эстетическим колоритом, обманчиво привлекательным. Этим “блеском” прельщается и Лариса, но, в отличие от окружающих, – искренне и простодушно. В этом она жертва не только “жестоких игр”, но и узости своего кругозора, собственной недальновидности. Лариса, конечно же, резко отличается от других персонажей, но в какой-то мере и подобна им.

Эта особенность пьесы давно замечена исследователями. А. И. Журавлева отмечает мотив торга, сопровождающий действия

героини; Лариса, по верному наблюдению Б. О. Костелянца, безжалостно вымещает свои обиды на Карандышеве. Но до сих пор не вполне ясно, как сложность образа героини сопряжена с существом драматизма пьесы.

Вольнолюбивая натура Ларисы сопротивляется упрекам и притязаниям, убивающим живые чувства, ей стыдно за притворство и ложь матери. Ее “простоватость”, в глазах Вожеватова, – это дорогие Островскому искренность и независимость самопроявления, способность самозабвенно любить: “А уж как она его любила, чуть не умерла с горя… Бросилась догонять”. Есть в поведении Ларисы и то, что называют “свободно-личностной

театральной выразительностью”, непреднамеренно обретающей колорит внешней эффектности.

Вожеватов так опишет притягательную силу поведения Ларисы: “Ездить-то к ней все ездят, – потому что весело очень – барышня хорошенькая, играет на разных инструментах, поет, обращение свободное, оно и тянет”.

Игра в жизни Ларисы – средство подлинного самовыражения. В русской реальности последних десятилетий XIX в. “человек томится, не чувствуя себя самим собой в своем ежедневном существовании – неосуществлении… Страсть к театру рождается здесь предоставляемой тебе обратной возможностью, в театре: “ты – ты”, – пишет И. Н. Соловьева.

Обратим внимание, как Вожеватов в начале сцены нашептывает Ларисе слова незатейливой песенки, намекая об общем желании услышать что-либо легкое и неглубокое. Лариса же будет петь “Не искушай меня без нужды”, приводя окружающих в восторг теплотой и искренностью выраженных чувств. Сфера поистине игрового в образе Ларисы сопоставлена по контрасту с “жестокими играми” Паратова.

Для Ларисы игра не способ возвеличить себя, она “выпевает” душу в романсе.

Лариса, как видно, резко выделяется на общем фоне, и сама отчасти это понимает. Встречая вокруг восторг, она оказывается во власти искушения выглядеть исключительной личностью, которой подобает поклоняться. Поэтому ей и ненавистен Карандышев; она выше своего жениха и нередко подчеркивает это превосходство.

Вставая на сторону “сильных”, Лариса “разъясняет” себя Карандышеву, унижает его, смеется над ним вместе со всеми.

При этом в Ларисе (хотя это далеко не главное в ней) сказывается склонность к игровому авантюризму. Она едет с Паратовым за Волгу по велению чувства, но ей не чужд и расчет на случайный крупный выигрыш: Или тебе радоваться, мама, или ищи меня в Волге. Двойственность Ларисы сказывается и в наивности, даже некоторой искусственности ее мечтаний о деревенской жизни. Ведь быт, где она могла бы устроиться с Карандышевым, не обещает ей праздника и просветления.

В Бряхимове, по словам Гаврилы, даже по праздникам “тоска”, и жизнь не сулит ей ничего иного. Тетка Карандышева, вечные жалобы на бедность, неустроенность – все отдает косностью и непросветленностью. В глазах драматурга опасения Ларисы опошлиться и погибнуть в сфере низкого быта обоснованны и реальны. В этом отношении выразителен в словах Ларисы мотив бегства.

Но “тихая семейная жизнь” с Карандышевым в сознании героини не является бытовой реальностью. Это смутная, даже беспредметная мечта о каком-то рае.

Тихая семейная жизнь не означает для Ларисы осознания ее причастности к сфере житейских буден, тем более – ответственности за домашний очаг. С признанием обыкновенности своего удела ей примириться невозможно. Поэтому Лариса, оправдывая свое бегство, сочиняет особую роль: героиня, сотворенная из эфира, в образе пастушки с гитарой среди низменной житейской прозы.

Ее “рай” неестественно идилличен.

Островского явно настораживает желание Ларисы сочинить эффектную роль в быту, стремление перенести бесконфликтную идилличность в сферу обыкновенного, “живой жизни”. В ее речи есть отголоски сентиментально-чувствительной литературы: “Сергей Сергеич – идеал мужчины”, “Я сделалась чутка и впечатлительна”, “Я все чувства потеряла, да и рада”. Видимо, это результат знакомства с романами, “которые девушкам читать не дают” (они фигурируют в первом разговоре Кнурова и Вожеватова).

Драматурга отчуждает от Ларисы непонимание ею простоты и обыкновенности как нормы человеческого бытия.

В двойственном освещении дается и отношение героини к Паратову. Восхищаясь им, Лариса до поры до времени не замечает тщеславия, бессердечия в паратовских действиях. При этом искренность чувства Ларисы граничит с “экзальтацией”.

Исполненный драматизма разлад героини не только с окружающими, но и с самой собой постоянен. Отсюда, вероятно, и скупое проявление вовне наиболее существенных сторон личности, частое молчание героини. В. Я. Лакшин отмечает молчание героини при ее первом появлении, Б. О. Костелянец – в последнем разговоре с Кнуровым.

В дополнение скажем, что молчание становится лейтмотивом образа Ларисы на протяжении всей пьесы. Так, Лариса отказывается открыто рассказать о своих чувствах матери и Карандышеву: “Ну, я молчу… поиграете вы мной, изломаете и бросите”; позднее “Лариса молчит” в ответ на вопрос Паратова о любви к нему. Общий смысл молчания Ларисы – выражение душевного смятения, которое, будучи воплощенным в слове, оказалось бы менее впечатляющим.

Молчание в “Бесприданнице” выражает и отказ от чувствительной экзальтации, и сопротивление действиям окружающих.

В историко-литературной перспективе молчание Ларисы – наследование пушкинского “Евгения Онегина”, а также – преддверие чеховского подтекста.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (1 votes, average: 5.00 out of 5)
Loading...

Характеристика образа Ларисы драме “Бесприданница”