Творческое видение Кобо Абе

Детство его прошло в Маньчжурии. В 1948 г. Абе закончил медицинский факультет Токийского университета. От карьеры врача от отказался, поскольку, по его словам он “не создан для этой профессии, и начал писать еще студентом”. В 1948 г. появился журнальный вариант первого рассказа Абе “Дорожный знак в конце улицы”.

Но большой успех и популярность пришли к нему в 1951 году, когда увидела мир повесть “Стена. Преступление Карума”. За нее Абе был награжден высочайшей литературной наградой Японии – премией Акутагави.

Научно-фантастическая повесть “Четвертый ледниковый период” (1958), центральной темой которой являются изображения раздвоения личности – этой самой теме посвящена повесть “Почти как человек” (1960) – окончательно убедила литературные круги в том, что Абе наделен большим талантом.

Уже первые произведения подтвердили оригинальность его художественной манеры: переплетение выдуманных и реальных пластов рассказа (этого Абе, по его собственному признанию, учился у Н. Гоголя), динамический сюжет, выдержанный в стиле детектива, тонкие философские раздумья и символика, сатиричность стиля и лапидарность языка. Они показывают и своеобразное кредо писателя, которому Абе останется верным в дальнейшем: стремиться исследовать не столько быт и “больные проблемы” общества, сколько “мозг и психологию”, которые, так или иначе определяют “способ действий”. Особый художественный взгляд Абе давал повод критике в разные годы называть его то фантастом, то авангардистом, то японским Сартром, то японским Достоевским.

Роман “Женщина в песках” (1962), который получил премию газеты “Иомура”, ознаменовал начало романного творчества Абе. Авторское внимание фокусируется на процессе изменения психологии, сознания Ней – скромного учителя, личности довольно ординарной. Мечтая в прошлом хотя бы чем-нибудь прославиться, в настоящем он неожиданно оказывается вместе с одинокой женщиной в плену огромной песчаной ямы.

Герой, помогая женщине каждый день отгребать из ямы песок, который угрожает упасть сз морского берега на село и разрушить, засыпать все жилье, постоянно ощущает внутренний дискомфорт: “Если каждый раз спасать ближних, которые умирают от голода, ни на что другое времени не останется…”.

В состоянии безграничного отчаяния, моральной и физической усталости он старается убежать из этой страшной ловушки, но “мысль его бежит назад”. Герой, пренебрегая своей свободой, возвращается на дно ужасной ямы. Долгие, утомляющие душу раздумья о правах личности, законы в условиях нечеловеческого существования приводят его к отказу от своего “я”, приближая тем самым ко всечеловеческому “мы”. “В песке вместе с водой он будто проявил в себе нового человека”. Символичен и образ песка в романе.

Для Ники он – “само движение”. Герой романа “Чужое лицо” (1964) – ученый, который прячет под маской собственное лицо, обезображенное вследствие химического взрыва в лаборатории, проходит, в отличие от Ники, “путь от людей”, теряя способность к контакту с другими людьми. Изучая в нем “умственный механизм”, “работа” которого и превратила его в морального урода, освобожденного от “всех духовных пут”, Абе оставляет извне открытым вопрос – кто виноват в этом?

Тем не менее, многое угадывается в намеренной зашифрованности реплики героя, сказанной в финале романа: “Предъявить обвинение одному мне не удастся… Я ненавижу людей”. С ней вступает в своеобразную перекличку морально-философская мысль романа “Сожженная карта” (1967).

Сожженной оказалась “личная карта” Тасиро – героя, охваченного духовным одиночеством.

Автор осмысливает эту актуальную для общества проблему как наказание за сознательный отказ человека от общечеловеческих идеалов. В романе “Человек-Ящик” (1974), наиболее последовательно в сравнении с другими выдержаны в любимой писательской манере изображения взаимосвязи выдуманного и реального миров, речь идет о человеке, который старается спрятаться от жизни, от тотального равнодушия, которое властвует в нем, “в ящике из гофрированного картона, который одет на голову и доходит до пояса”. Здесь автор, продолжая художественное исследование проблемы духовного одиночества, обогащает ее философским открытием: спасти Человека от этого кризисного явления может лишь сама Жизнь.

В романе его олицетворяет образ Женщины. Именно к ней и обращены слова героя: “Единственная просьба – подай мне руку, пока еще я хочу взять”. Роман “Те, что вошли в ковчег” (1984) получил довольно полярные отклики.

Писали о том, что в нем одиночество, “разобщенность человеческая” “не исследуется, не анализируется, а с самого начала является постулатом”.

Едва ли это справедливо. Если рассматривать роман в контексте всего художественного творчества писателя, то следует отметить, что он будто “обратным светом” освещает предыдущие. Близкий к ним по манере письма, этот роман “завязывает” в единый узел вопросы, которые постоянно волнуют автора.

Решение главного героя произведения, не думать больше о том, кому посчастливиться выжить, кто достоин выжить, принято после всех фантасмагорических событий, которые случились с ним в каменоломнях Ковчега (созвучно с навязчивым мыслям Ники из “Женщины в песках”), отображает авторскую позицию в ее взаимосвязях с определенными философскими взглядами.

На вопрос “В чем смысл жизни?” в одном из своих последних интервью 1992 г. Абе ответил: “Никакого смысла нет, а есть лишь увлекающий процесс его угадывания”. 22 января 1993 г. Абе умер в одной из токийских больниц, не успев закончить работу над очередным романом. В Японии и за границей он известен не только как прозаик, а и как автор гротескно-фантастических пьес: “Охота на рабов” (1955), “Призраки среди нас” (1958), “Легенда о великанах” (1960), “Крепость” (1962), “Мужчина, который превратился в палку” (1969). Свои пьесы Абе ставил в созданной им “Студии Абе”.

Не все безоговорочно в творческом видении Абе, но, как заметил М. Федоренко, его произведения “до определенной меры можно считать не просто зарисовками, но монументальными полотнами эпохи, которая проходит”.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...

Творческое видение Кобо Абе