Тема поэта и поэзии в ранней лирике А. С. Пушкина



1. Размышления о призвании поэта.
2. Стихотворения лицейского периода.
3. Тема назначения поэта и поэзии.

Философское осмысление роли поэта в обществе, тема призвания, избранности – эти мотивы встречаются в лирике практически всех мастеров слова. Не обошел эту тему молчанием и А. С. Пушкин, который хорошо знал поэтическую традицию, да и сам, разумеется, задумывался о значении поэтического дара. Однако нужно отметить, что в большей степени известны стихотворения подобной тематики, написанные гением в период зрелого творчества, например

“Пророк”, “Поэту”, “Поэт и толпа”.

Среди стихов, в которых Пушкин изложил свои взгляды на предназначение поэта конечно же следует упомянуть и знаменитое “Я памятник себе воздвиг…”, являющееся вольным переводом стихотворения древнеримского поэта Горация.
Но тема назначения поэта звучит и в ранней лирике Пушкина. Так, стихотворение “К другу стихотворцу” (1814) относится к его лицейскому периоду жизни. В нем юный Пушкин в насмешливом тоне достаточно подробно описывает незавидную участь поэта. Обращаясь к другу, выведенному под именем Арист, Пушкин сначала указывает на то,

что произведения многих авторов, считавших себя поэтами, забыты и никому не интересны из-за своей тяжеловесности и надуманности:
Страшися участи бессмысленных певцов,
Нас убивающих громадою стихов!
Потомков поздних дань поэтам справедлива;
На Пинде лавры есть, но есть там и крапива, – предостерегает Пушкин приятеля, решившего во что бы то ни стало сделаться поэтом. Рассуждая о том, что “хорошие стихи не так легко писать”, Пушкин отмечает русских поэтов, являющихся “честью и славой россов” – И. И. Дмитриева, Г. Р. Державина и Ломоносова. В противопоставление им под вымышленными именами он называет и ряд поэтов-графоманов, на произведениях которых “Фебова проклятия печать”.

Далее Пушкин указывает на то, что судьба по-настоящему талантливого поэта отнюдь не так завидна, как это может показаться со стороны. Признание еще не означает богатство; Пушкин приводит примеры талантливых поэтов, которые так и оставались нищими всю свою жизнь:
Лачужка под землей, высоки чердаки –
Вот пышны их дворцы, великолепны залы.
Поэтов – хвалят все, питают – лишь журналы;
Катится мимо их Фортуны колесо…
Нужно заметить, что в стихотворении “К другу стихотворцу” Пушкин высказывает свои соображения не в форме монолога, а приводит и вероятные возражения своего приятеля. Итак, после описания незавидного житья поэтов он вводит следующее возражение: если поэзия такое трудное и малодоходное дело, почему же ты сам “проповедовать пришел сюда стихами”? В самом деле подобное указание весьма логично.

Что же отвечает Пушкин своему воображаемому оппоненту? Вот тут и звучит мотив поэтического призвания, которое определяет судьбу человека:
Счастлив, кто, ко стихам не чувствуя охоты,
Проводит тихий век без горя, без заботы…
Спокоен, весел он. Арист, он – не пиит.
В стихотворении “Лицинию” (1815) Пушкин продолжает размышлять о судьбе и общественной роли поэта. Однако контекст этих раздумий меняется: в стихотворении под видом Древнего Рима выведены вечные пороки тиранического общества. Республиканский Рим расценивался современниками Пушкина как государство, где ведущей ценностью являлись права и свободы граждан. В стихотворении “Лицинию” Рим уже перестал соответствовать этому идеалу.

Какой же, по мнению Пушкина, должна быть гражданская позиция поэта, живущего в подобном обществе?
… кипит в груди свобода;
Во мне не дремлет дух великого народа.

Свой дух воспламеню жестоким Ювеналом,
В сатире праведной порок изображу
И нравы сих веков потомству обнажу.
Итак, поэт должен говорить об общественных проблемах, но в то же время он призывает друга оставить столичное общество, где царят порок и корысть: ненависть к рабству, презрение к угодливости проявляется не в борьбе с ними, а в философском затворничестве в деревенском доме:
Лициний, поспешим далеко от забот,
Безумных мудрецов, обманчивых красот!
Завистливой судьбы в душе презрев удары,
В деревню пренесем отеческие лары!
В стихотворении “К Н. Я. Плюсковой” (1818) звучит мотив творческой независимости поэта, который не стремится угождать царям, используя для этого свое дарование, а воспевает свободу как высшее благо человечества: На лире скромной, благородной Земных богов я не хвалил
И силе в гордости свободной
Кадилом лести не кадил.
Свободу лишь учася славить,
Стихами жертвуя лишь ей,
Я не рожден царей забавить
Стыдливой музою моей.
В оде “Вольность” (1818), которая перекликается с одноименной одой А. Н. Радищева, Пушкин про-У возглашает высокое общественное предназначение поэта как певца свободы и обличителя пороков власть держащих:
Хочу воспеть Свободу миру,
На тронах поразить порок.
Поэт и повествует в этой оде о казни французского короля Людовика XVI и убийстве российского императора Павла I. Хотя гибель Людовика он воспринимает “с жестокой радостию”, как смерть тирана. Нужно подчеркнуть, что в глазах Пушкина казнь короля, пусть и заслуженная, остается преступлением. Практически то же самое можно сказать и о втором примере, который поэт приводит в назидание царям: убийцы Павла – “звери”, “янычары”, но и сам он – “увенчанный злодей”.

Пушкин далек от революционного пафоса радищевской оды; “поразить порок” отнюдь не означает призыв к цареубийству. Пушкин стремится разъяснить, что закон должен быть высшей ценностью в обществе. Именно в подобной пропагандистской деятельности и заключается роль поэта. Этот же мотив звучит и в стихотворении “Деревня” (1819), посвященном теме крепостного права.

Поэт – это “друг человечества”, который с горечью видит угнетение человека человеком, присвоение результатов чужого труда, нищету простого народа, дикость и своеволие помещиков.

“О, если б голос мой умел сердца тревожить!” – восклицает поэт; однако свое предназначение он видит не в том, чтобы поднять народ на восстание, на борьбу за свои права, а в том, чтобы обратить внимание правителей на бедственное положение крестьян и способствовать тому, чтобы были приняты решения, существенно улучшающие положение народа:
Почто в груди моей горит бесплодный жар
И не дан мне судьбой Витийства грозный дар?
Увижу ль, о друзья! народ неугнетенный
И Рабство, падшее по манию царя,

И над отечеством Свободы просвещенной

Взойдет ли наконец прекрасная Заря?


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (1 votes, average: 5.00 out of 5)
Loading...

Тема поэта и поэзии в ранней лирике А. С. Пушкина