Тайна пафоса Пушкина

Из мысли Белинского о том, что “тайна пафоса Пушкина”- “художественный, артистический стих…”, Писарев в будущем сделает свои выводы, развивая не вполне последовательные заключения Белинского, что “Пушкин как поэт велик там, где он просто воплощает в живые прекрасные явления свои поэтические созерцания, но не там, где хочет быть мыслителем и решителем вопросов…” По-своему пристрастно Писарев прочитывал Белинского, уловив слабые места его воззрений и противоречия.

Пример этот красноречиво свидетельствует, что назревают смена критериев оценки назначения искусства и противопоставление Пушкина Гоголю в условиях обострения социальных противоречий, что и произойдет в 50-60-е годы…

Не следует, однако, преуменьшать значения статей Белинского и для его современников, и для последующих читателей, по достоинству оценивших проницательность многих не потерявших ценности суждений. Статьи Белинского своей остротой и несомненным значением для популяризации пушкинского творчества вызвали оживление реакции. Почти одновременно с критиком, словно соревнуясь и соперничая с ним, публикует столь же обстоятельный цикл статей с разбором творений Пушкина Авксентий Мартынов в журнале “Маяк” (органе мракобесия и фанатизма). Статьи, в которых скрупулезно описываются и поясняются все произведения поэта почти построчно, опубликованы в шести книжках журнала за 1843 год (тома 9-11).

Каждым положением, каждым выводом своим и рассуждением Мартынов доказывает, что Пушкин – поэт безнравственный и безбожный, опасный для молодежи потому особенно, что пагубное свое действие скрывает за гладкостью и прелестью слога…

Публикуясь в основном в периодике, в альманахах, поэт совсем немного издал при жизни сборников своих сочинений. Задуманная еще в 1820 году книжка “Стихотворения Александра Пушкина” увидела свет лишь в 1826 г. В нее включено 99 стихотворений. Второе и последнее прижизненное собрание стихотворений в четырех частях появилось между 1829 и 1835 годами.

Девять поэм и стихотворных повестей вышли в одной книжке “Поэмы и повести” (1835 г.). Проза была собрана и сборнике “Повести, изданные Александром Пушкиным” (1834), а также отдельно издавались “Борис Годунов” в 1831 году, “Евгений Онегин” (1833 и 1837), “История Пугачевского бунта” (1834)… Многое осталось неопубликованным по цензурным соображениям, произведения выходили с купюрами и искажениями.

Первое посмертное собрание сочинений в восьми частях увидело свет в 1838 году, в 1841 появились три дополнительные части с произведениями, извлеченными из оставшихся после поэта рукописей. Организатором, руководителем и фактическим редактором издания был В. А. Жуковский. Им было определено расположение произведений по жанрам, в то время как в 1829 году сам поэт отказался от такого принципа, предпочитая ему хронологический.

Чтобы пропустить пушкинские произведения через цензуру, Жуковский по своему усмотрению проводил правку, избирал те или иные варианты из рукописей, порой заменял или дописывал “уязвимые” с точки зрения прохождения через цензурные преграды места. Так, в “Памятнике” строка, утверждающая, что поэт в “свой жестокий век” “восславил… свободу”, заменена на нейтральную: “прелестью живых стихов я был полезен…”

Тринадцать исправлений по сравнению с пушкинским беловиком было внесено в стихотворение “Вновь я посетил…” В “Современнике” № 5 оно вышло под заглавием “Отрывок. (“Опять на Родине! Я посетил…”).. Исправления были с очевидностью направлены на ослабление социального звучания стихов.

В строке “…где я прожил изгнанником два года незаметно” слово “изгнанником” заменено на “отшельником”, “опальный домик” превращен в “смиренный домик” и т. п.1 Подобная правка нацелена была на подтверждение идеи о смирении поэта, большая часть изменений в пушкинских текстах подтверждала ту легенду, распространению которой способствовал Жуковский.

Но все же выход сочинений поэта являлся в ту пору важным событием. Однако на судьбе этого издания сказалось начавшееся еще при жизни Пушкина ослабление его влияния на публику. В первое время тома покупались, но вскоре их брать почти перестали. Плохо расходились вышедшие в 1841 году дополнительные тома, при том, что в них публиковались такие замечательные пушкинские творения, как “Русалка”, “Каменный гость”, “Египетские ночи”, “Дубровский” и др.

Волна интереса угасла. Да и цены оказались непомерно велики…

Первое посмертное собрание сочинений поэта не было распродано. В 1845 году в газетах появилось объявление о его уценке: вместо прежних 65 рублей ассигнациями за 11 томов на веленевой бумаге нужно было заплатить 10 рублей серебром. Вместо 513 рублей ассигнациями за экземпляр на простой бумаге – всего 8 рублей серебром (10 рублей ассигнациями составляли 2 рубля 85 копеек серебром; таким образом, издание было уценено почти вдвое.).

Прежняя цена была недоступна людям даже со средним достатком. Обычный чиновник невысокого ранга получал приблизительно 60-80 рублей. Акакий Акакиевич из гоголевской “Шинели” имел 33 рубля жалованья.

Естественно, купить столь дорогие книги при всем желании он не мог бы. (Позже стали продаваться отдельно три последних тома тоже по удешевленной расценке: вместо 25 рублей ассигнациями они стали стоить 4 рубля серебром). Позже, вспоминая об этих годах, Некрасов отметит:

…Тогда все глухо и мертво В литературе нашей было. Скончался Пушкин: без него Любовь к ней публики остыла. В бореньи пошлых мелочей Она, погрязнув, поглупела…

Подобную же картину оттока читательских симпатий и интереса к пушкинской музе запечатлели другие поэты. Сперанский, размышляя о “народном гении”, отмечал, что стоит он “одиноко”, подобно страннику в степи широкой:

Себе пристанища не зрит. Ни в скромной хижине селений, Ни в пышной роскоши дворцов Он не встречает вдохновений, Родных не слышит голосов…

В начале 1855 года выходят первые два тома сочинений Пушкина, подготовленные и изданные П. В. Анненковым. Издание продолжалось до 1858 года, когда выпущен был VII дополнительный том, оказалось во многом примечательным и необычным и вызвало широкую полемику, вновь привлекая умы и взоры к сокровищам пушкинского наследия.

Взяв за основу издание Жуковского, Анненков, опираясь па исследования рукописей, внес исправления в некоторые тексты, а также снабдил произведения комментариями.

Наибольший интерес привлек первый том, озаглавленный “Материалы для биографии А. С. Пушкина”. Это было первое полное жизнеописание поэта, составленное на основе обработки и анализа его рукописей, личных бумаг, сведений очевидцев, современников, друзей, родственников, знакомых.

Цель биографии П. Анненков видел в том, чтобы “уловить мысль Пушкина”. Перечитывая рукописи, разбирая их, автор жизнеописания наблюдал за движением социальных и эстетических воззрений поэта. Это послужило ему основанием для периодизации этапов творчества поэта.

Он отметил значение 20-х годов для зрелого творчества Пушкина, показал необходимость изучения пушкинского эпоса, прозы, исторических произведений и сочинений. Следовал вывод о неисчерпанности пушкинского таланта, о том, что поэт в его наследии демонстрирует лишь приготовление к великому своему поприщу. Анненков видел в поэте чудесного воспитателя эстетических чувств, был убежден, что читателям поэт только открывается, а критике еще предстоит понять эстетические принципы гения и донести их до читателя.

Будучи по взглядам умеренным либералом, П. Анненков оценивал развитие Пушкина как движение в сторону к либеральному консерватизму. Идеалы поэта он определял как “утопические”. При этом относил поэта к представителям “гуманного развития в свою эпоху”, считал “примером человека, который при всех обстоятельствах сохранял живое гражданское чувство и всю жизнь обнаруживал неустанную энергию в проповеди справедливых, честных отношений, за что и подвергался часто обвинению в беспокойном либерализме…” Поэт желал всею душою для своей родины умножения прав и свободы “в пределах законности и политического быта, утвержденного всем прошлым и настоящим России.

Издания Анненкова о поэте, особенно “Материалы для биографии…”, вызвали бурную дискуссию о принципах такого труда, о личности и творчестве Пушкина, о роли его наследия в 50-е годы.



Тайна пафоса Пушкина