Стихотворная литература 30-50-х годов XVIII века



Воспитанные на народной сказке, на литературе типа повестей о Фроле Скобееве, Савве Грудцыне, “гасториях” петровского времени, они ждали от книги не поучений, не рассуждений о высоких государственных материях, а занимательности; ответом на их запросы стала литературная деятельность таких писателей-прозаиков, как Ф. А. Эмин, М. Д. Чулков, В. А. Левшин, М. И. Попов, Н. Г. Курганов и ряд других. Бросается в глаза незавидное положение этих авторов в русском обществе. Это разночинцы, которым приходилось кормиться трудами рук своих. Каждый из них

вынужден был обращаться к покровителям-меценатам.

Их зависимое положение чувствуется и по смиренно-просительным посвящениям, которыми они начинали свои книги.

Эмин посвящает роман “Непостоянная Фортуна, или Похождения Мирамонда” графу Г. Г. Орлову, Чулков первую часть своего “Пересмешника” – графу К. Е. Сиверсу. Писатели демократического лагеря настойчиво подчеркивают свою необеспеченность. “Вергилий и Гораций,- пишет Ф. А. Эмин,- сами о себе сказывали, что бедность научила их стихотворству… И я, хотя меж умных поставить себя не могу, однако, как бедность меня прижала, принялся к сему

моему сочинению…” Человеком “легче бездушного пуху” называет себя Чулков. “Господин читатель! – заявляет он в самом начале книги.- Прошу, чтобы Вы не старалися узнать меня, потому что я не из тех людей, которые стучат по городу четырьмя колесами”. В отличие от писателей-классицистов, культивировавших стихотворные жанры, эти авторы ориентировались на прозу – роман, сказку, повесть, которые вызывали осуждение у приверженцев классицизма.

Так, например, Сумароков считал для себя верхом унижения сделаться сочинителем романов и в сердцах угрожал этим самой Екатерине II.

И все-таки, несмотря на яростные протесты Сумарокова и его единомышленников, романы находили широкий спрос у самой широкой публики. Переводная литература уже была представлена такими книгами, как повесть Вольтера “Задиг”, роман Дефо “Молль Флендерс”, “Похождения Жиль-Блаза из Сантильяны” Лесажа, “Манон Леско” Прево и др. Наряду с иностранными появлялись и русские авторы с переводными и оригинальными произведениями.

Среди них особенно известны были Ф. А. Эмин и его сын Н. Ф. Эмин.

Другим жанром, пользовавшимся еще более широким спросом, были сказки и сказочные сборники, тоже как переводные, так и оригинальные. Этот жанр решительно отвергался классицистами, чуждавшимися всего фантастического, развлекательного, простонародного. На первом месте стояли сборники “Тысячи и одной ночи”. Так, Ф. Ф. Вигель, вспоминая свое детство, рассказывал о жене гарнизонного прапорщика, Василисе Тихоновне, которая пленялась “Тысячью и одной ночью”, знала сказки наизусть и рассказывала их.

Одним из вольных подражаний “Тысяче и одной ночи” был “Пересмешник” М. Д. Чулкова.

Третьим источником развлекательного чтения была многообразная рукописная литература, истоки которой начинались в конце XVII – начале XVIII в. В нее входили сатирические повести “О куре и лисице”, “О попе Савве”, “О шемякином суде”, маленькие стихотворные повестушки (“фацеции”), бытовые повести “О Фроле Скобееве”, “О Карпе Сутулове”, “О Савве Грудцыне”. Часть из них проникала и в печатную литературу, например “Повесть о Фроле Скобееве”.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (1 votes, average: 5.00 out of 5)
Loading...

Стихотворная литература 30-50-х годов XVIII века