Степанов Н. Л. ЛИРИКА ПУШКИНА

ЛИРИКА ПУШКИНА

Стихотворение “Осень” написано Пушкиным в болдинскую осень 1833 г., когда он, возвращаясь из поездки в Оренбург, прожил в Болдине с 1 октября до середины ноября.

Стихотворение “Осень”, при жизни поэта неопубликованное, – наглядный пример реализма пушкинской лирики. По реалистической насыщенности стиха оно особенно близко к “Евгению Онегину”, как бы объединяя лирическое и эпическое начала, перенося принципы прозы в поэзию.

“Осень” – один из сравнительно немногих образцов пейзажной лирики Пушкина. Простой и скромный пейзаж средней России передан здесь во всей его поэтичности. Следует внимательно отнестись к эпиграфу: “Чего в мой дремлющий тогда не входит ум?”, взятому из стихотворения Державина “Евгению. Жизнь Зван-

Ская”. Этим эпиграфом Пушкин утверждает тесную связь своего стихотворения со знаменитым посланием Державина, в котором прославились покой и уединение на лоне сельской природы.

У Пушкина мотив уединения, отказ от сует светской жизни также имеется, хотя и не играет такой большой роли, как у Державина. Пушкин восторгается видом русской природы, ее осенней пышностью и красотой, воспринимаемой им как знамение вечного обновления жизни:

Унылая пора! Очей очарованье!

Приятна мне твоя прощальная краса –

Люблю я пышное природы увяданье,

В багрец и в золото одетые леса.

Ощущение здоровья, душевной бодрости, полноты жизни, творческой силы наполняет это стихотворение Пушкина, придает ему оптимистическое, жизнеутверждающее звучание:

И с каждой осенью я расцветаю вновь;

Здоровью моему полезен русский холод;

К привычкам бытия вновь чувствую любовь…

Желания кипят – я снова счастлив, молод…

Жизнеутверждающий пафос определяет и пластическую ясность стихотворения, отрывки из которого давно стали достоянием хрестоматий. Да, это великолепная картина русской осени, созданная художником-реалистом, проникновенно чувствующим краски родной природы, умиротворяющую прелесть сельского пейзажа.

В пушкинском пейзаже нет натурфилософской символики, характерной для пейзажей Тютчева. Это очень земной, очень конкретный пейзаж, за которым не стоит ряд символов и соответствий. В нем нет и импрессионистической зыбкости, субъективного восприятия природы, столь характерного для пейзажей романтиков, в частности для фетовского пейзажа.

Здесь все точно и ясно очерчено.

Сила пушкинского пейзажа в том, что поэту удалось в резко индивидуальных, конкретных образах передать типический, обобщенный характер русской природы. Он видит природу взглядом художника, точно отмечая ее наиболее типические и в то же время своеобразные и яркие черты. Его пейзаж предельно точен, его нельзя перенести в другую местность, и в то же время он не фактографичен, а обобщен, увиден зорким поэтическим зрением в своей необычайной красоте:

Октябрь уж наступил – уж роща отряхает

Последние листы с нагих своих ветвей;

Дохнул осенний хлад – дорога промерзает.

Журча еще бежит за мельницу ручей,

Но пруд уже застыл…

Эмоциональная окрашенность предметов не нарушает точной и наглядной картины, словно запечатленной на полотне кистью художника: последние листы, осыпающиеся с дерев, промерзшая дорога, застывший пруд – скупые детали, отмечающие лишь главные перемены в природе.

По манере письма “Осень” во многом близка к “Евгению Онегину”. Здесь та же разговорная интонация, непринужденная беседа автора с читателем, многочисленные отступления от темы, иронические замечания, необычная для лирики свобода повествования. Автор разговаривает с читателем. Он не только рисует картину осени, но и рассказывает о деревенской жизни, о себе самом.

Как и в “Евгении Онегине”, автор здесь не лирический герой, не эмоциональный центр стихотворения, а повествователь, рассказывающий обо всем с эпической обстоятельностью и объективностью.

Красота осени показана Пушкиным в сравнении ее с другими временами года. Внутренняя структура стихотворения необычайно сложна, так как она основана на смысловых “контрфорсах” – иронии и скрытой патетике. Авторская ирония как бы снимает всякую условность, поэтизацию, оттеняя в то же время подлинно поэтическое. “Прозаизм” здесь не только словарный элемент, а и тот аспект зрения, который позволяет показать действительность так, как она есть.

Это не означает, однако, что Пушкин отдал здесь дань натурализму.

В “Осени” осуществлен своеобразный синтез “прозы” и поэзии. Пушкин находит поэзию, прекрасное в самых, казалось бы, повседневных проявлениях жизни, сельского быта, в деталях зимнего пейзажа. Он заставляет чувствовать красоту “легкого бега саней” “суровою зимой”, “промерзлого льда”, который звенит под копытом коня, “пышного природы увяданья” осенью.

Перед читателем проходит весь цикл времен года – весна, лето, осень, зима, точно и кратко охарактеризованные Пушкиным. Противопоставляя любимой им осени весну, он пишет о ней с явной иронией и задором:

Теперь моя пора: я не люблю весны;

Скучна мне оттепель; вонь, грязь – весной я болен;

Кровь бродит; чувства, ум тоскою стеснены.

Суровою зимой я более доволен…

В “Осени” Пушкин широко прибегает к метафоре и метафорическим сравнениям. Даже очеловечивая природу, наделяя ее качествами живого существа, Пушкин делает это с оттенком иронии, показывая тем самым, что это лишь простая метафора, сравнение, а не философское воззрение на природу. Рисуя живописное полотно осеннего пейзажа, говоря об осени как о любимой им поре года, Пушкин вместе с тем прибегает к сравнению осени с чахоточной девой.

В этом сравнении, разросшемся в самостоятельное лирическое отступление, Пушкин не столько “очеловечивает” осенний пейзаж, сколько выражает свое к нему отношение, создает лирический подтекст. Но даже в ироническом тоне, в насмешливых жалобах на природу явственно просвечивает неизменная любовь к ней Пушкина, его влюбленность именно в простую, русскую природу. Поэтому и все комические жалобы на зной, на пыль, на мух, отравляющих существование поэта летом, лишь снимают ореол искусственной литературной красивости, традиционно-поэтического восприятия во имя утверждения ее подлинной красоты, ее целомудренной и скромной прелести, ее широкого простора и раздолья.

“Осень” – это стихотворение о русской природе, о сельском уединении, о жизнелюбии поэта, о процессе творчества. В нем одновременно и высокая лирическая патетика, и авторская ирония, и удивительная живописность описаний, и эпиграмматическая краткость характеристик. Эта поэтическая свобода, естественность живой речи, освобожденность от всяких литературных канонов особенно замечательны.

В чем же реализм “Осени”? Конечно, не в тех “прозаизмах”, за которые иронически извиняется сам Пушкин, хотя и они входят в систему его реализма. Реализм Пушкина в том, что он с предельной правдивостью показывает как внешний, так и внутренний мир, отбрасывая всякую условность. Но не только в этом.

Явления жизни Пушкин передает в их единичной конкретности и в то же время в их типической обобщенности. В этом его преимущество перед поэзией классицизма и романтизма, в поэтике которых выдвигалось или общее, отвлеченное (классицизм), или, наоборот, слишком субъективное, индивидуализированное (романтизм). Будет ли это живописно-щедрое описание осенней рощи, отряхивающей последние листы, или ироническое описание весны и лета, творческого акта – Пушкин всюду озабочен значимостью своих образов.

Отсюда и та пластичность, осязаемость его образов, смелость его метафорической живописи, на деле очень конкретной и точной.



Степанов Н. Л. ЛИРИКА ПУШКИНА