Сочинение: ТЕМА ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ

ТЕМА ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ.

После революционной эпохи 1917-1921 гг. Великая Отечественная война явилась самым крупным и значи­тельным историческим событием, оставившим глубо­чайший, неизгладимый след в памяти и психологии на­рода, в его литературе.

В первые же дни войны писатели откликнулись на тра­гические события. Вначале война отражалась в опе­ративных малых жанрах – очерке и рассказе, запе­чатлевались отдельные факты, случаи, отдельные уча­стники боев. Затем пришло более глубокое понимание событий и стало возможным их полнее изображать.

Это обусловило появление повестей.

Первые повести “Радуга” В. Василевской, “Непокоренные” Б. Гор­батова строились на контрасте: советская Родина – фашистская Германия, справедливый, гуманный советский человек – убийца, захватчик фашист.

Два чувства владели писателями – любовь и ненависть. Образ советского народа представал как собирательный, нерасчлененный, в единстве лучших народных качеств. Советский человек, сражающийся за свободу Родины, рисовался в романтическом свете как возвышенная героическая личность, без пороков и недостатков. Несмотря на страшную реальность войны, уже пер­вые повести были наполнены уверенностью в победе, опти­мизмом.

Романтическая линия изображения подвига советских людей нашла позже свое продолжение в романе А. Фадеева “Мо­лодая гвардия”.

Постепенно углубляется представление о войне, о ее быте, о пе всегда героическом поведении человека в трудных военных ус­ловиях. Это позволило более объективно и реалистически отразить поенное время. Одним из лучших произведений, объективно и правдиво воссоздающих суровые будни войны, был роман В. Некрасова “В окопах Сталинграда”;, написанный в 1947 г. Война в нем предстает во всем своем трагическом величии и грязных кровавых буднях. Впервые она показана не “человеком со стороны”, а через восприятие непосредственного участника событий, для которого отсутствие мыла может быть более важно, чем наличие стратеги­ческого плана где-то в штабе.

В. Некрасов показывает человека во всех его проявлениях – в величии подвига и низменности жела­ний, в самопожертвовании и малодушном предательстве. Человек на войне не только боевая единица, но главным образом живое, со слабостями и достоинствами, страстно жаждущее жить сущест­во. В романе В. Некрасов отразил быт войны, поведение представи­телей армии на разных уровнях.

В 1960-е годы в литературу пришли писатели так называемого “лейтенантского” призыва, создавшие большой пласт военной прозы. В их произведениях война изображалась изнутри, виде­лась глазами рядового воина. Более трезвым и объективным был подход к образам советских людей. Оказалось, что это вовсе не однородная масса, охваченная единым порывом, что советские люди ведут себя по-разному в одних и тех же обстоятельствах, что война отнюдь не уничтожала, а только приглушала естест­венные желания, затушевывала одни и резко выявляла другие качества характера.

Проза о войне 1960-1970-х годов впервые поставила в центр произведения проблему выбора. Помещая сво­его героя в экстремальные обстоятельства, писатели заставили его делать моральный выбор. Таковы повести “Горячий снег”, “Берег”, “Выбор” Ю. Бондарева, “Сотников”, “Пойти и не вер­нуться” В. Быкова, “Сашка” В. Кондратьева.

Писатели исследо­вали психологическую природу героического, делали акцент не на социальные мотивы поведения, а на внутренние, обуслов­ленные психологией воюющего человека.

В лучших повестях 1960-1970-х годов изображаются не круп­номасштабные, панорамные события войны, а локальные слу­чаи, которые, казалось бы, не могут коренным образом повли­ять на исход войны. Но именно из таких “частных” случаев скла­дывалась общая картина военного времени, именно трагизм от­дельных ситуаций дает представление о тех немыслимых испытаниях, которые выпали на долю народа в целом.

Литература 1960-1970-х годов о войне раздвигала представле­ние о героическом. Подвиг мог совершаться не только в бою. В. Бы­ков в повести “Сотников” показал героизм как умение сопротив­ляться “грозной силе обстоятельств”, сохранить человеческое дос­тоинство перед лицом смерти. Повесть построена на контрасте внеш­него и внутреннего, физического облика и духовного мира.

Кон­трастны главные герои произведения, в которых даны два вариан­та поведения в экстраординарных обстоятельствах.

Рыбак – опытный партизан, всегда удачливый в бою, физи­чески сильный и выносливый. Он особо не задумывается над какими-то моральными принципами. То, что для него само со­бой разумеющееся, совершенно невозможно для Сотникова.

Вначале проскальзывает отдельными штрихами разница в их отношении к вещам, казалось бы, непринципиальным. В мороз Сотников идет на задание в пилотке, и Рыбак спрашивает, по­чему же он шапку у какого-нибудь мужика в деревне не взял. Сотников же считает аморальным обирать тех мужиков, кото­рых он должен защищать.

Попав в плен, оба партизана стараются найти какой-то вы­ход. Сотникова мучает, что он оставил отряд без продуктов; Рыбака волнует только собственная жизнь. Истинная суть каж­дого проявляется в экстраординарной ситуации, перед угрозой смерти. Сотников не идет ни на какие уступки врагу.

Его нравст­венные принципы не позволяют ему отступать перед фашиста­ми ни на шаг. И на казнь он идет без страха, испытывая мучения только за то, что не смог выполнить задание, что стал причи­ной гибели других людей. Даже на пороге смерти совесть, ответ­ственность перед другими не оставляют Сотникова.

В. Быков соз­дает образ героической личности, не совершающей очевидного подвига. Он показывает, что нравственный максимализм, неже­лание поступаться своими принципами даже перед угрозой смер­ти равносильны героизму.

Иначе ведет себя Рыбак. Не враг по убеждениям, не трус в бою, он оказывается малодушным, столкнувшись лицом к лицу с врагом. Отсутствие совести как высшего мерила поступков за­ставляет его сделать первый шаг к предательству.

Рыбак еще сам не осознает, то путь, на который он ступил, необратим. Он убеж­дает себя в том, что, спасшись, убежав от фашистов, он сможет еще бороться с ними, отомстить им, что смерть его нецелесооб­разна. Но Быков показывает, что это иллюзия.

Сделав один шаг на пути предательства, Рыбак вынужден идти и дальше. Когда казнят Сотникова, Рыбак, по сути, становится его палачом. Ры­баку нет прощения.

Даже смерть, которой он так боялся прежде и которой жаждет теперь, чтобы искупить свой грех, отступает­ся от него.

Физически слабый Сотников оказался духовно выше силь­ного Рыбака. В последний миг перед смертью глаза героя встре­чают в толпе согнанных на казнь крестьян взгляд мальчика в буденовке. И этот мальчик – продолжение жизненных принци­пов, бескомпромиссной позиции Сотникова, залог победы.

В 1960-1970-е годы военная проза развивается по нескольким направлениям. Тенденция к масштабному изображению войны выpажалась в трилогии К. Симонова “Живые и мертвые”. В ней охвачено время от первых часов военных действий до лета 1944 г. – периода Белорусской операции.

Главные герои – политрук Син­цов, командир полка Серпилин, Таня Овсянникова проходят че­рез все повествование. В трилогии К. Симонов прослеживает, как абсолютно штатский человек Синцов становится солдатом, как он мужает, закаляется на войне, как изменяется его духовный мир. Нравственно зрелым, сложившимся человеком показан Серпилин. Это умный, думающий командир, прошедший гражданскую вой­ну, академию.

Он бережет людей, не хочет бросать в бессмыслен­ный бой только ради того, чтобы отчитаться перед командовани­ем о своевременном, т. е. по Штабному плану, взятии точки. В его судьбе отразилась трагическая судьба всей страны.

“Окопная” точка зрения на войну и ее события расширяется и дополняется взглядом военачальника, объективируется автор­ским анализом. Война в трилогии предстает как эпическое со­бытие, историческое по значению и всенародное по размаху сопротивления.

В военной прозе 1970-х годов углубился психологический ана­лиз характеров, поставленных в экстремальные условия, обост­рился интерес к нравственным проблемам. Усиление реалисти­ческих тенденций дополняется возрождением романтического пафоса. Реализм и романтика тесно переплелись в повести “А зори здесь тихие…” Б. Васильева, “Пастух и пастушка” В. Ас­тафьева.

Высокий героический пафос пронизывает страшное в своей обнаженной правде произведение Б. Васильева “В списках не значился”.

Николай Плужников прибыл в Брестский гарнизон вечером накануне войны. Его еще не успели занести в списки личного со­става, и когда началась война, он мог бы уйти вместе с беженцами. Но Плужников сражается даже тогда, когда погибают все защит­ники крепости. Несколько месяцев этот мужественный юноша не давал фашистам спокойно жить: взрывал, стрелял, появлялся в самых неожиданных местах и убивал врагов.

И когда лишенный пищи, воды, боеприпасов, он вышел из подземных казематов на свет, то перед врагами предстал седой, ослепший старик. А в этот день Коле исполнилось 20 лет. Даже фашисты преклонились перед мужеством советского солдата, отдав ему воинскую честь.

Николай Плужников умер непокоренным, смертью смерть по­прав. Б. Васильев не задается вопросом, почему так упорно, зная, что один в поле не воин, сражается с врагом Николай Плужни­ков – совсем еще юный, не успевший пожить человек. Он рисует сам факт героического поведения, не видя ему альтернативы. Все защитники Брестской крепости сражаются героически.

Б. Ва­сильев продолжил в 1970-е годы ту героико-романтическую линию, которая зародилась в военной прозе в первые годы войны (“Радуга” В. Василевской, “Непокоренные” Б. Горбатова).

Еще одна тенденция в изображении Великой Отечественной войны связана с художественно-документальной прозой, кото­рая основывается на магнитофонных записях и рассказах оче­видцев. Такая – “магнитофонная” – проза зародилась в Белару­си. Первым произведением ее была книга “Я из огненной дерев­ни” А. Адамовича, И. Брыля, В. Колесникова, воссоздающая тра­гедию Хатыни. Страшные годы ленинградской блокады во всей неприкрытой жестокости и натурализме, позволяющие понять, как это было, что чувствовал, когда еще мог чувствовать, голодный человек, встали на страницах “Блокадной книги” А. Адамови­ча и Д. Гранина.

Война, прошедшая через судьбу страны, не поща­дила ни мужчин, ни женщин. О женских судьбах – книга С. Алек­сиевич “У войны не женское лицо”.

Проза о Великой Отечественной войне – самая мощная и крупная тематическая ветвь русской и советской литературы. От внешнего изображения войны она пришла к постижению глу­боких внутренних процессов, происходивших в сознании и пси­хологии человека, поставленного в экстремальные военные об­стоятельства.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...

Сочинение: ТЕМА ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ