Сочинение отзыв по творчеству Д. Н. Мамина-Сибиряка



Лучший сборник произведений Мамина-Сибиряка для детей – “Аленушкины сказки”. Писатель показал себя здесь не только прекрасным знатоком детской психологии, но и умным воспитателем. Мамин-Сибиряк оригинально развивает в “Аленушкиных сказках” фольклорные мотивы, но строит свои сказки по типу обычных рассказов, разделяет их на главы. Приближая содержание и поэтику “Аленушкиных сказок” к животному эпосу, писатель, однако, обрамляет их присказкой и концовкой, что характерно для народной волшебной сказки.

Присказка и концовка

у него лиричны, близки к колыбельным песням. Ритмика народной байки окрашивает “Аленушкины сказки” задушевной теплотой. В сказках Мамина-Сибиряка наряду с обычными героями народных сказок: волком, лисой, медведем, зайцем, козлом, петухом – действуют и новые персонажи (комар, муха и пр.).

Все традиционные персонажи сохраняют народные характеристики: лиса – лукава, хитра, изворотлива, медведь – неуклюж, волк – глуп и прожорлив, заяц – труслив, воробей – забияка, кот – вороват, индюк – чванлив. Используя в “Аленушкиных сказках” аллегорию, Мамин-Сибиряк сообразует ее с накопленным

ребенком жизненным опытом. Он наделяет животных, птиц и насекомых такими свойствами, что ребенку нетрудно догадаться, о чем ведется в сказке речь.

В сказке “Умнее всех ” писатель делит обитателей птичьего двора на “высшее общество” и “презренные низы”. “Порядочное”, “благовоспитанное” “высшее общество” возглавляет спесивый индюк – существо претенциозное, но совершенно пустое и трусливое. Возмущаясь буйством изголодавшихся птиц, он не может понять того, что “голодные птицы, как голодные люди, делались несправедливыми именно потому, что были голодны”.

Герой рассказа “Вертел”, двенадцатилетний Прошка, угасает в темной, душной и шрой мастерской у большого колеса гранильной машины “от наждачной пыли, дурного питания и непосильной работы”. И вот в мастерской, желая купить граненые камни, появляется с двумя детьми богатая дама Анна Ивановна, благоухающая “запахом каких-то дорогих духов”. Она принимает будто бы искреннее участие в судьбе Прошки, приглашает его к себе в дом.

Но все это одна видимость человечности. Оказывается, “благодетельница” преследует свои цели: ей хотелось, чтобы своим трудолюбием и терпением Прошка помог ее изнеженному сыну Володе исправиться “от припадков барской лени”. Прошка все это чувствует. Он видит и разительный контраст между жизнью рабочих и господ и еще больше страдает.

Умирая от чахотки, он наотрез отказывается переехать в дом к Анне Ивановне. То, что еще во многом неясно мальчику, совершенно очевидно рабочим. Презрением к “благодетельнице” проникнута каждая реплика рабочих в замечательной сцене, рассказывающей о первом ее посещении мастерской.

Мамин-Сибиряк сталкивает в рассказе два чуждых друг другу, непримиримых мира. Суровый и трезвый реалист, изображающий жизнь с точки зрения трудящихся, он отвергает всякую сентиментальность, слащавость, умилительность, которые наполняли и официальную, и либералыю-народническую детскую литературу. Смерть Прошки должна была вызвать горячий протест против существующего строя.

Но писатель ставил и другую задачу: показать в маленьком герое черты пробуждающегося сознания рабочего человека. Эта тема особенно глубоко раскрыта в рассказе “Под домной”. Здесь маленький поденщик Васька смотрит уже на все глазами рабочего. Более того, он начинает понимать и одинаковость судьбы рабочих разных стран.

И если в рассказе “Вертел” главное внимание писатель сосредоточивает на картинах безрадостного каторжного труда, труда-проклятия, калечащего и тело и душу ребенка, то в образе Васьки – главного героя рассказа “Под домной” – на первый план выступают те новые положительные качества, которые воспитывал в детях завод, рабочий коллектив. Васька не мыслит себе жизнь вне завода, боится больше всего на свете остаться не у дел. Обращаясь с мальчиком, как с равным, доменный мастер Ипатыч с гордостью говорит ему:

“Уж мы с тобой природные мастеровые, – значит, только старайся”.

И Васька старается по мере своих сил. Рассказы Мамина-Сибиряка о маленьких мастеровых носят антинароднический характер. Писатель развенчивает иллюзию либеральных народников о спасительной силе деревенской жизни.

Но он не скрывает и ужасного положения детей в условиях города.

В рассказе “В каменном колодце” перед читателем проходит галерея забитых, озлобленных, отупевших от непосильного труда ребят. Поразительно убог их кругозор. Они не видели и не знают ничего, кроме своего двора, улицы, не могут даже представить себе, как растет хлеб. Однако и жизнь крестьянских детей не лучше.

Герой Мамина-Сибиряка не находит в деревне никакой отрады.

В рассказе “В ученье” деревенский мальчик Сережа приезжает в Петербург, попадает в сапожную мастерскую. Работая здесь до своего “мастерового совершеннолетия”, он ни на минуту не забывает о деревне, рвется к ней всей душой. Сережа едет туда, но вскоре убеждается, что только в среде мастеровых, какой бы мучительной ни была их судьба, можно в какой-то мере утолить жажду человеческой жизни. Вернувшись навсегда в город, он говорит дяде – рабочему Василию: “…точно чужая вся деревня.

И все люди точно чужие. Пожил, посмотрел, и потянуло меня опять в город…”

Писатель всегда изображает героя-ребенка в потоке Народной жизни, в обстановке производственного, семейного и общественного быта рабочих. Рабочий коллектив обрисован автором так же рельефно, как и маленький герой, которого мы видим то в окружении гранильщиков, то доменщиков, то рудокопов и металлургов, то приисковых рабочих, то углежогов, то городских ремесленников. В центре повествования всегда стоит ребенок, но читатель надолго запомнит и многие образы взрослых: старого гранильщика Ермилыча, который сердечно и участливо относится к Прошке (“Вертел”), доменного мастера Ипатыча, учившего Ваську понимать высокое назначение рабочего человека (“Под домной”), измученного жизнью старателя Рукобитова и гордую, смелую “бабушку Денисиху”, выручившую из беды своеро внука Михалку (“Под землей”).


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (1 votes, average: 5.00 out of 5)
Loading...

Сочинение отзыв по творчеству Д. Н. Мамина-Сибиряка