Сборник “Звезда Пресветлая”

В большей мере, чем “Великое Зерцало”, светским элементом проникнут очень популярный, особенно в средние века, сборник, в латинском тексте озаглавленный “Gesta Romanorum” и содержащий в себе повести мнимоисторического характера, в частности из римской жизни, откуда и самое название сборника.

Сформировался он в Англии под пером неизвестного составителя, видимо, уже в XIII в. В основу его положены были выборки из латинских авторов – Валерия Максима, Авла Геллия и др., а также легендарные повести, возникшие в разное время как на Западе, так и на Востоке, в частности пятнадцать повестей, уже вошедших в популярный средневековый сборник XI в. “Discipline clericalis” Петра Альфонса, служивший иллюстративным материалом для проповедников, точно так же как такими же материалами должны были по своему основному заданию служить и “Gesta Romanorum”, в которых почти все повести сопровождаются моралистическими толкованиями в духе христианской доктрины.

Многочисленные рукописные списки памятника на Западе, из которых почти каждый отличался один от другого по составу входящих в него повестей, дошли до нас начиная с XV в. С того же времени вплоть до XVIII в. появляются на Западе разнообразные печатные публикации сборника, У нас он под заглавием “Римские Деяния” был переведен с польского оригинала, впервые напечатанного в середине XVI в. и озаглавленного “Historye Rzymskie” (рукописных польских текстов памятника, очевидно, не существовало). Точно установить, с какого именно издания сделан был русский перевод, еще не удалось, но есть основания думать, что он восходит к краковскому изданию 1663 г. В одном из русских списков “Деяний” есть указание на то, что перевод “з друко-ванной (печатной) новой польской книжицы” был сделан в 1681 г., в двух других время перевода датируется 1691 г.

Несмотря на ряд текстовых вариантов в сохранившихся русских списках сборника, есть все основания полагать, что русский перевод был всего один. Так заставляет думать совпадение отдельных русских списков в расположении глав, с одинаковыми отступлениями от польского оригинала, а также характерные словарные совпадения по спискам в передаче тех или иных польских слов, в том числе совпадения и в ошибочной передаче выражений оригинала, затруднявших переводчика. Наличие в наших списках текстовых вариантов объясняется, вероятно, тем, что отдельные переписчики вновь сверяли имевшийся перевод с польским текстом.

Количество повестей, вошедших в русские списки “Деяний”, неодинаково, но оно не превышает тридцати девяти. Столько же повестей заключалось и в польском тексте, лишь в сокращении использовавшем свой латинский оригинал, где находилось около ста восьмидесяти рассказов.

Если не считаться с расположением материала, русские списки почти совпадают с польским оригиналом. Только одна повесть, находящаяся во всех русских списках,- “Приклад, чтоб лакомства остерегались” – отсутствует в польском тексте, и первая повесть его, “О унижении суетной хвалы”, имеется лишь в двух русских списках. Перевод сборника сделан был, видимо, в Белоруссии, судя по значительному количеству польских синтаксических оборотов в переводе.

Некоторые повести, находящиеся в русских списках “Римских Деяний”, были известны в переводах на русский язык еще до появления у нас сборника. Таковы повести об Аполлоне Тирском, об Алексее – человеке божием, Евстафии, папе Григории, но составитель сборника этими переводами не воспользовался и все указанные вещи перевел заново.



Сборник “Звезда Пресветлая”