Пушкин – поэт действительности (памяти поэта)



Оценивая талант поэта, Полевой упоминает о многообразных его замыслах, о трудах разнообразных, о жанровых переходах от драмы, повести, романа к истории, к народной сказке. Полевой отмечает главное в Пушкине – беспрерывное движение вперед и неизбежная оттого усталость, сомнение, недовольство собою и другими,- “…все это не показывает ли гения, рожденного в век переходный? Таков был Пушкин”.

Умение поэта воссоздать свое время и свой народ Полевой назвал, “исполинским подвигом”. Он нашел сердечные слова для оценки этого подвига:

“Каким благородным чувством современным не билось теплое сердце поэта? Что прекрасное и славное не находило сочувствия в его душе?

Хотите ли исчислить все, что высокого и задушевного успел перемыслить и сказать Пушкин в жизнь свою? Переберите все, что врезалось невольно в сердце ваше от его неподражаемых стихов…”

Отмечая, что неподражаемы стихи поэта, дар его великий, автор некролога предрекает долгую и нетленную память ему в сердцах соотечественников, ибо если и могут явиться в будущем писатели, “равные по подвигу, но никогда равные по подражанию”.

В некрологах и статьях на смерть

Пушкина вновь зазвучали признания всенародной славы и популярности творчества поэта, равно известного и чтимого “в великолепных палатах, и в скромных домиках уездных городов, и в глуши отдаленных деревень…”. Не раз упоминалось в стихотворных отзывах и в некрологах, что Пушкин завоевал звание “народный поэт”. Что означало это?

Конфликт носил в основном идеологический характер, был связан с буржуазным радикализмом Полевого, объявившего войну дворянской культуре, “литературной аристократии”. Однако внутренние взаимоотношения Пушкина с Полевым были сложными, пережили ряд этапов – от сближения до взаимного неприятия. Сохранилось письмо, в котором Полевой признавался Пушкину: “В самой литературной неприязни Ваше имя, Вы всегда были для меня предметом искреннего уважения, потому что Вы у нас один и единственный”.- Переписка А. С. Пушкина.

В “Живописном обозрении” отмечалось, что оставался он народным поэтом, ибо в поэзии народ – не большинство всех, а “та часть избранных, для которых существует поэзия. Пушкин,- поясняется далее,- был поэт не простонародья, у которого могут быть свои любимцы, но поэт образованной части общества…” Народным же называли его оттого, что “ни одно чувство, ни одна мысль современная не была чужда ему, и он все выражал их с тою увлекательностью, которая покоряла каждого, без различия литературных партий…”.

Таких попыток идеализации поэта, сглаживания противоречий его с властями было немало. Почитатели пушкинского таланта стремились примирить литературные и идеологические разногласия!.. Все же знаменателен самый факт признания все-отзывчивости поэта. (Истинное представление о народности Пушкина было позднее развито Белинским.)

С иных позиций оценены популярность поэта и реакция общества на его смерть шефом корпуса жандармов и начальником III отделения. В докладе-отчете Николаю I за 1837 год, написанном в форме “обозрения расположения умов и некоторых частей государственного управления”, Бенкендорф писал, что Пушкин соединял в себе два отдельных существа: он был великий поэт и великий либерал, ненавистник всякой власти. Отмечались значительное влияние поэта на общественное мнение и объединение вокруг Пушкина его приверженцев из числа литераторов и либералов. Они, по словам Бенкендорфа, “приняли самое пламенное участие в смерти Пушкина: собрание посетителей при теле было необыкновенное; отпевание намеревались давать торжественное; многие располагали следовать за гробом до самого места погребения в Псковской губернии…”

Бенкендорф доводит до сведения Николая I слухи, будто в Пскове предполагалось выпрячь лошадей и нести гроб на руках. “Мудрено было решить,- заключается в отчете,- не относились ли все эти почести более к Пушкину-либералу, нежели к Пушкину-поэту. В сем недоумении имея в виду отзывы многих благомыслящих людей, что подобное как бы народное изъявление скорби о смерти Пушкина представляет некоторым образом неприличную картину торжества либералов,- высшее наблюдение признало своею обязанностью мерами негласными устранить все сии почести, что и было исполнено”.

Исполнено старательно. Тело Пушкина сопровождали жандармы, которым был дан приказ отвезти скорее (не останавливаясь на станциях), похоронить в Святогорском монастыре, избежав стечения народа.

Никитенко в дневнике записал со слов жены, что на одной станции неподалеку от Петербурга, возвращаясь из Могилева, она увидела простую телегу, на телеге солому, под соломою гроб, обернутый рогожею. Три жандарма суетились на почтовом дворе, хлопотали о том, чтобы поскорее перепрячь курьерских лошадей и скакать.

– Что это такое? – спросила женщина у одного из находившихся здесь крестьян. – А бог знает что! Вишь, какой-то Пушкин убит – и его мчат на почтовых в рогоже и соломе, прости господи, как собаку…- услышала она в ответ.

Завершая эту печальную страницу трагической кончины поэта, вновь обратимся к некрологам. Помимо сообщений о смерти поэта в центральной прессе, появившихся непосредственно по следам событий, отзывы публиковались и в отдаленных от центра Руси, окраинных губерниях, и за рубежом. Истории таких публикаций также проливают свет на отношение к поэту почитателей его таланта и на восприятие его в официальных кругах.

Н. Г. Тройницкий, соредактор “Одесского Вестника”, потрясенный страшным известием о кончине поэта, написал сочувственную статью, почтив его память. Когда она была одобрена управляющим краем графом Воронцовым и сверстана, члены редакции засомневались, как отнесутся в Петербурге к полуказенной газете, выражающей нескрываемое глубокое уважение к Пушкину. Было известно, что в высших сферах, В кругу высокопоставленных сановников поэта не любили. Его, правда, выставляли в салонах как талантливого и даровитого стихотворца, но в то же время характеризовали как человека дерзкого, вредного и даже опасного.

Эти соображения побудили поставить под статьею о Пушкине слово “сообщено”, чтобы отвести ответственность от редакции газеты.

Отметим еще одну особенность некрологов и статей, посвященных памяти поэта. В них не только давались оценки роли поэта, его творчества, но и закреплялись в общественном мнении представления о том, каким бывал он в жизни, в свете, в среде литераторов. В “Живописном обозрении” отмечались отличительные черты пушкинского характера: в большом свете поэта отличала задумчивость или какая-то тихая грусть.

Зато в искреннем небольшом кругу, по наблюдениям автора некролога, с людьми по сердцу не было человека любезнее, разговорчивее, остроумнее. Тут он любил и посмеяться, и похохотать, глядел на жизнь только с веселой стороны и с необыкновенною ловкостью умел открывать смешное. Анонимный автор, несомненно близко знавший поэта, подчеркивал, что его “одушевленный разговор… был красноречивою импровизацией, потому что он обыкновенно увлекал всех, овладевая разговором, и это всегда кончалось тем, что один такой разговор Пушкина, похожий на рассуждение,- перед ним показались бы бледными профессорские речи Вильмена и Гизо. Вообще Пушкин обладал необычайными умственными способностями…

Он страстно любил искусства и имел на них оригинальный взгляд. Тем особенно был занимателен и разговор его, что он обо всем судил умно, блестяще и чрезвычайно оригинально”.

Стремясь закрепить в общественной памяти отличительные свойства поэта, черты его личности и творческой индивидуальности, авторы некрологов признавали, что решение этой задачи – дело будущего. Одно из поздних сообщений о кончине поэта, в “Галатее” 1840 года, заключается размышлением: “Как, с умом обыкновенным, проникнуть и измерить всю глубину такого гения, каков гений Пушкина, и начертать его поэтически верную характеристику,- это предоставляется будущности. Совершение такого Дела лежит на времени, своим отдалением показывающем предметы в необманчивом свете, и грядущим потомкам, вооруженным на то потребною силой.

Нам, современникам, пораженным смертию поэта и столь близким от него, остается только с любовью и благодарностью (впрочем, не безотчетною) пользоваться наследием, полученным в дар от поэта”.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (1 votes, average: 5.00 out of 5)
Loading...

Пушкин – поэт действительности (памяти поэта)