Психология восприятия и художественного изображения Петербурга



Мы знаем великолепный Петербург, воспетый в торжественных и бессмертных стихах Пушкина. И Пушкин уже провидел социальные контрасты, терзавшие Северную Пальмиру. Однако Пушкин еще не придавал теневой стороне блистательной столицы империи первостепенного значения.

Достоевский произвел полный переворот в психологии восприятия и художественного изображения Петербурга. Он вспоминает о дворцах, башнях и садах пышной столицы только для того, чтобы сильней оттенить бедность и страдания, зависть и ропот нищего Петербурга. Раскольников, еще

до убийства, забрел однажды из района Сенной, где он жил, на Острова.

“Тут не было ни духоты, ни вони, ни распивочных. Но скоро и эти новые, приятные ощущения перешли в болезненные и раздражающие.

Иногда он останавливался перед какой-нибудь изукрашенною в зелени дачей, смотрел в ограду, видел вдали, на балконах и террасах, разряженных женщин и бегающих в саду детей. Особенно занимали его цветы; он на них всего дольше смотрел. Встречались ему тоже пышные коляски, наездники и наездницы… он остановился и пересчитал свои деньги: оказалось около тридцати копеек… проходя мимо одного съестного заведения,

вроде харчевни… он выпил рюмку водки и съел с какою-то начинкой пирог…” Два мира, разделенные пропастью, но неразрывно связанные друг с другом.

Пристально и неотрывно вглядывался Достоевский в улицы, переулки, дома, кабаки, притоны мещанского и просто нищего Петербурга, с их жалким людом, с их горестной участью. Подлинную сущность города он видел не в казовой его внешности, а в социальных контрастах, динамичных и трагических, перетиравших в ветошку любого, попадавшего в их страшные вальцы; в изнурительных и оскорбительных аксессуарах бедности, воспринимаемых с особою остротою бедняком образованным. Великолепный Петербург был рядом, но Раскольников видел его только мельком, как заманчивый мираж в пустыне, сам он не мог выбиться из духоты, толкотни, вони, “столь известной каждому петербуржцу, не имеющему возможности нанять дачу”.

Смрадные распивочные, оборванные пьяные, озабоченный, спешащий люд, серый отвратительный и грустный колорит улиц рождали в нем “чувство глубочайшего омерзения”.

Раскольников – индивидуальность очень яркая. Он привлекателен, наделен выдающимися способностями. Будучи еще только студентом, он написал статью на философско-криминалистическую тему, напечатанную и замеченную.

Раскольников независим, совестлив и не хочет быть никому обязанным, но он во власти жестких обстоятельств, совладать с которыми оказывается ему не под силу. “Он был задавлен бедностью”, задолжал всем, заложил за гроши последние имевшиеся у него вещички, квартирная хозяйка перестала ему отпускать кушанье, и он сидел без обедов. Раскольников голодал, как это случалось со всеми студентами, не имевшими ни поддержки из дому, ни работы; он обносился, обтрепался гак, что ему уже нельзя было показываться на люди

Мать и сестра любили Родиона Раскольникова страстно, и он сам был предан им беспредельно. Чтобы поддержал” Родиона, сестра его Дуня поступила гувернанткой в семью Свидригайлова, взяв вперед сто рублей; шестьдесят из них она послала Роде, но продержаться на них весь год он все же не смог.

Свидригайлов покусился на невинность Дуни, и она вынуждена была с позором оставить место. Чистота и правота ее вскоре были признаны, но практического выхода она все же не могла найти: по-прежнему нищета стояла у порога перед ней и матерью; по – прежнему она не в состоянии была чем-либо помочь бесценному Роде, которому неизбежно предстояло бросить университет. В безвыходном своем положении Дуня приняла “предложение руки и сердца” Лужрша, почти откровенно покупавшего ее, да еще с унизительными, оскорбительными условиями. Дуня шла на этот брак, как иные бросаются в омут, шла не ради себя, а ради брата.

Свое положение Раскольников еще мог тянуть, но предстоящий брак сестры с Лужиным припер его к стене. Принять жертву Дуни – это значило построить свое благополучие, свою карьеру на костях самых близких, самых любимых людей. Внешне все будет шито-крыто, а на самом деле все построится иа убийстве, нравственно мало отличающемся от физического убийства.

Раскольников был настолько интеллектуально и нравственно развит, да и вся предыстория его была такова, что он не мог отделить судьбы своих близких от судьбы остального мира. Раскольников жил в мире и чувствовал свое место в мире.

Мир был враждебен, но обойти его стороной нельзя было, все в мире цеплялось одно за другое, каждая клеточка в нем зависела от общего течения дел. Он понимал: чтобы изменить свою личную судьбу, судьбу матери и сестры, ему надо изменить весь существующий миропорядок. Обстоятельства жизни Раскольникова сложились под влиянием условий, создавшихся после поражения освободительного движения шестидесятых годов.

Страшный сон снится Раскольникову, еще перед “делом”, сон, в котором истязают маленькую, тощую крестьянскую клячонку, – символический сон, вобравший в себя все его думы о зле и несправедливости в мире. Во сне Раскольников видит себя мальчиком, ребенком. “И вот снится ему: они идут с отцом по дороге к кладбищу и проходят мимо кабака… на этот раз тут как будто гулянье, толпа разодетых мещанок, баб, их мужей и всякого сброду… подле кабачного крыльца стоит телега… Это одна из тех больших телег, в которые впрягают больших ломовых лошадей и перевозят в них товары и винные бочки…

Роман так создан, так “построен”, что тревожащие совесть, неутоленные, взывающие к помощи страдания людские показаны не в противовес Раскольникову, а как бы его глазами и таким образом, что сочувствие Достоевского в этом сливается с сочувствием Раскольникова. Весь роман пронизан скорбью о том, что мир несправедлив, и весь звенит, как напряженная струна, мольбою о справедливости.

В связи с чувством потрясенной справедливости раскрывается смысл важного мотива, проходящего через весь текст романа, без анализа которого нельзя оценить ни мышления, ни поведения его главного героя. Раскольников делит людей на подлецов и не подлецов, а практику их – на подлую и не подлую. В общепринятом смысле слова подлец Лужин. Разумихин и называет его дважды подлецом.

Подлы циничные анекдоты Свид-ригайлова, подл свидригайловский расчет меры в разврате, чтобы преждевременно не истаскаться. Подлы жильцы, протискивающиеся в дверь, в ермолках, с папиросками, трубками, с картами в руках, чтобы позабавиться голодными скандалами в семье Мармеладовых. Иное, более утонченное содержание вкладывает в слово “подлец” следователь Порфирий Петрович.

У него иной критерий для ответа на вопрос, что такое подлость, по сравнению с принятым в житейском обиходе.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (1 votes, average: 5.00 out of 5)
Loading...

Психология восприятия и художественного изображения Петербурга