Протест против работорговли в новелле Мериме “Таманго”



Проспер Мериме – один из замечательных критических реалистов XIX века, чье творчество огромно, а созданные им произведения – неувядаемы. Причина этому – жизненная сила его произведений, их совершенная форма. Тема резкого разоблачения нравов господствующего общества пронизывает каждую новеллу писателя. Йе стала исключением и новелла “Таманго”, написанная Мериме в 1829 году.

С давних пор проблема власти волнует человечество. Человек стремится обладать всем – деньгами, людьми, властью над всем и всеми. Несомненно, волновало

это поэтов и писателей, борющихся за свободу человека, свободу его мыслей, деятельности, жизни.

Повествование переносит нас в эпоху колонизаторской деятельности белых и угнетения негров. Перед нами возникает образ типичного представителя буржуазной цивилизации, лицемерной и бездушной. Это – работорговец капитан Леду, которому противостоят Таманго, негритянский вождь, и его соплеменники. Участь рабов, которых выбирает капитан, просто ужасна.

Для Таманго, который их продает, рабы хуже любого заурядного предмета, хуже любого другого товара. Но жалка и мрачна в итоге участь и самого Таманго, выжившего,

но спившегося и умершего в больнице – ведь чернокожий гигант, привыкший к свободе и ставший полковым литаврщиком, не вынес “благодеяний” цивилизации. Нужна ли ему такая жизнь, и жизнь ли это?

Писатель не идеализирует своего героя, образ вождя не приподнят автором над действительностью: Таманго первобытен и дик. Он невежествен, суеверен, эгоистичен и жесток. Но вместе с этим он – человек, которому присущи и некоторые черты, по-своему возвышающие вождя над своими соплеменниками. Таманго стремится к свободе и гордо, с выдержкой проходит через тяжелые испытания.

Оказавшись среди других невольников, он пытается разными способами уговорить их поднять бунт, чтобы вернуть себе свободу. Ему это удается, и взбунтовавшиеся рабы убивают всю команду. Но плыть на корабле, которым никто из присутствующих не умеет управлять, затруднительно. Неудивительно, что освободившиеся невольники терпят крушение и в конце концов гибнут от голода, жажды, палящего солнца и растущего отчаяния.

Негры правы, обвиняя в своих несчастьях Таманго. Это он сначала продал их в рабство, а затем поднял на бунт. Он обманом добивался от них помощи. Это он, когда их, одного за другим, постигла гибель, оставался по-прежнему равнодушным к их судьбе.

Но больше ли в Таманго варварства, чем в гаденьком буржуа Леду, вообще не считающего негров людьми? Новелла “Таманго” и выраженный в ней протест против торговли людьми заставляют задумываться над такими проблемами, о существовании которых порой и не подозреваешь.

Концовка новеллы “Таманго” непривычна для решения колониальной тематики реалистической литературы XIX века. Ведь читатель увидел трагическую судьбу негров в условиях двуличной буржуазной цивилизации, и увидел в неприукрашенном, обыденном, тягостном виде. Протест против работорговли звучит в каждом абзаце новеллы.

Об этом говорит изображение могучего и глубоко человечного порыва невольников к свободе, об этом свидетельствует поэтический смысл образа корабля, захваченного неграми, гонимого ветром по бесконечным морским просторам.

Кратко, но емко описывает автор страдания оставшихся в живых негров: “Каждый кусок сухаря достается ценою борьбы, и слабый гибнет не потому, что сильный его убивает, а потому, что предоставляет ему умереть”. Как не похоже это на идеальные отношения Робинзона Крузо с чернокожим Пятницей у Даниеля Дефо! У Мериме тема эта трактуется не возвышенно и патетически, как у романтиков. Такое впечатление, что автор просто и беспристрастно изображает пустоту и лицемерие буржуазного общества, господствующую в нем власть денег.

Но на самом деле его произведение полно внутреннего огня и силы чувств. Много, очень много проблем поднимает в своем произведении Мериме. И именно постановка таких важных вопросов обеспечивает неугасающий интерес к его творчеству.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (1 votes, average: 5.00 out of 5)
Loading...

Протест против работорговли в новелле Мериме “Таманго”