Проблемный анализ романа “Восемнадцатый год”



Основой композиции “Восемнадцатого года” являются крупные исторические события того времени. Герои втянуты в них, волей или неволей. Эти события, их исход – результат действия миллионных масс.

Но хотя здесь, по словам Всеволода Иванова, “уместно политическое изложение событий”, все же политическая сущность романа вытекает прежде всего из художественных образов и картин.

Толстой-автор – не бесстрастное лицо, все и всегда знающее о своих героях. Он постоянно “говорит от лица действующих лиц”. Примеры многочисленны. Вот два из них в романе “Восемнадцатый год”.

Первый. Даша на заводском митинге. Здесь слова автора о Даше незаметно переходят в слова, мысли, чувства, поведение самой героини. “Даша пробралась поближе к трибуне” – это говорит автор. А вот уже восприятие Даши: “На трибуне стоял новый оратор,- небольшого роста человек в сером пиджаке, в измятом поперечными складками жилете.

Нагнув лысый бугристый череп, он разбирал бумажки. Он сказал слегка картавящим голосом: “Товарищи!” – И Даша увидела его озабоченное лицо

с прищурившимися, как па солнце, глазами. Даша чисто по-женски заметила даже “поперечные складки на жилете”.

Она очень внимательно следит за каждым жестом оратора: “Рука его вылетела из-за жилета, уничтожила кого-то в воздухе и повисла над залам”. Затем передаются мысли героини. “Даша могла только сказать: видела и слышала “другое”… Это другое было сурово моральное, значит высшее. Говорилось о хлебе.

Раньше она знала, что хлеб можно купить или выменять – цена ему известна: пуд муки – пара штанов без заплаток. Но оказалось, что хлеб революция гневно отталкивает от себя. Хлеб этот нечистый. Лучше умереть, по этот хлеб не есть.

Три тысячи голодных людей отрекались сегодня от нечистого хлеба”.

Только последние слова в скобках почти полностью принадлежат автору. Все остальное – это анализ увиденного, услышанного самой Дашей, еще не определившей своей позиции в сложном политическом мире, по руководствующейся в своих рассуждениях здоровыми нравственными началами, свойственными ей. “Полный объективизм…”- можем сказать словами самого Толстого, автор говорит “от лица действующего лица”. Даша начинает сопоставлять то, что ей говорил эмиссар Куличек, и что она увидела и услышала па заводе. Мы видим, мы слышим, мы ощущаем мятущуюся душу Даши.

В этом “стиль, дух романа”.

Партизан Пьявка, которого случайно встретила Даша в вагоне, больше в трилогии не появится, но он врезывается в память читателя навсегда своей судьбой, своим языком, “покоряющими подробностями, мелочами”: рубашкой, сшитой из мешка, завязанной тесемочкой на шее, что, как известно, характерно для украинской одежды, своим неповторимым, чисто украинским юмором, с которым он рассказывал, как они атакогали немцев: “Не ползем, а прямо чешем на карачках…”, точной интерпретацией событий: “Это организация кулацкая. Махно…”, “Керенский мне вышиб этот глаз” и т. п.

Образ украинского партизана Пьявки, воссозданный с огромной любовью, глубокое внимание к событиям на Украине, образ украинки Маруси из “Хмурого утра” – достаточное свидетельство искренней любви великого русского писателя-интернационалиста Алексея Толстого к украинскому народу, историческая судьба которого была для него близкой и дорогой.

Именно “народные события” положены в основу романа “Восемнадцатый год”. “В океане народных событий”, какой является пролетарская революция, важна судьба каждой “капли” каждого человека. В данном романе наибольшие изменения происходят с Иваном Ильичей Телегиным. Но для его характеристики следует привлечь материал и из романов “Сестры” и “Хмурое утро”.

Толстой с большой теплотой рисует в романе врожденное чувство справедливости и сострадания к бедствиям людей, присущее Телегину. Это и подсказывало читателю верный ответ на вопрос героя романа: среди народных бедствий человек не должен замыкаться в своем личном мирке. Возникает естественный проблемный вопрос: могли ли Даша и Телегин быть счастливы в дореволюционной России? А ведь ответ должен основываться на глубоком знании характеров персонажей.

Он, по существу, однозначен: не могли. В качестве дополнительного аргумента в пользу такого ответа можно напомнить им историю Ольги Ильинской, которая, ведь, не обрела счастья в браке со Штольцем.

В романе “Восемнадцатый год” Телегин “качнулся” в сторону большевиков. Насколько точно характеризует решение Телегина принять сторону, большевиков слово “качнулся”? Были ли у него основания “качнуться” в другую сторону – к белым?

Что же все-таки привело его к красным? Все эти вопросы требуют работы мысли, анализа социальной природы гражданской войны, ее специфических особенностей, знания особенностей данного человека.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...

Проблемный анализ романа “Восемнадцатый год”