Проблема добра и зла в трагедии В. Шекспира “Гамлет”



Сочинение на тему произведения В. Шекспира “Гамлет”. Было бы просто, если бы я сейчас написал, что Гамлет и кто-то там еще – это святое воинство добра, а Клавдий и еще тот, тот и тот воплощают в себе все мировое зло. Но же я так не напишу, так как в трагедии Шекспира “Гамлет” нет “профессиональных” носителей добра, а от зла не застрахованный никто.

Вот принц Дании на свидании с любимой. “Его жестокость и пренебрежительные слова в обращении к ней удостоверяют силу его любви и разочарование”, – написано в пособии для средней

школы. Разве такая любовь – лучшее из человеческих чувств? Мы все знаем, чем завершилась такая любовь. Здесь хочешь – не хочешь, а воскликнешь слова из Тютчева “О, как убийственны, мы дорогим!” Теперь осталось найти добро в характере нового короля Клавдия, и все будет запутанно окончательно.

Пожалуйста, и искать не надо – все на поверхности. Страшные мучения совести, из-за которых он каждый день напивается так, что это уже известно “на Запад и восточнее”. Довольно долго старается спасти племянника-“сыночка” от собственной расправы, а мог бы поручить кому-нибудь, (например, Полонию)

встретить мальчика где-то на подходе к Эльсиноре…

Тот за королевскую благосклонность и отца бы “встретил”. Такой он добрый царедворец.

Итак, в отличие от классицистов, Шекспир не разделяет своих персонажей на положительных и отрицательных, а “разрешает” добру и злу бороться в одном человеке. А там уже самый человек решает, какой силе отдать победу. Этим я и объясняю странную нерешительность, которую обнаруживает принц Датский в своей борьбе с убийцами отца.

Иногда зло и отвесная сила берет в нем гору, и тогда молниевая шпага пронизывает человеческое тело под злорадное восклицание: “Что там, крыса?! Поклянусь, что мертвый”. Злой и решительный человек прячет тело несчастного от погребения и цинично отвечает искателям: “Как завоняет, то найдете сразу”. Злой и решительный человек готов сделать то самое во время встречи с королем, который молится, и только зло спасает Клавдия.

Зло не будет убивать в минуту раскаяния и морального очищения. Зло подождет благоприятной минуты: “Теперь работай, яд!” И когда боль и гнев на минуту выпускают со своих лап младшего Гамлета, добро делает его рассудительным и даже кротко-скорбным.

Жизнь вообще тяжелая вещь, а в Дании тем более. Только это не та Дания, которая на полуострове, а та страна, которая ДАНА каждому человеку. Поэтому ДАНИЯ – у каждого своя.

В борьбе со злом поле битвы – душа человека, так как без человека в мире нет ни добрая, ни злая. Природа таких понятий не понимает. Зло имеет много лиц. Король Клавдий знает, что невиновным выражением лица можно и дьявола обмануть, хотя тот – само вранье и отец вранья.

Иногда зло имеет чистое девичье лицо красавицы Офелии и побуждает ее на измену добродетелью послуха. Нет места на земле, где живет персонифицированное зло, куда бы можно было прийти и склонить проклятую голову. Зло в души каждого человека.

Если всем склонить головы, зла не будет, но не будет и человечества. “Мир расшатался”, – говорит Гамлет, но так же светит солнце, журчит вода на замковом дворе, поют птицы. Мир расшатался в людях, которые потеряли способность различать добро и зло.

В чем усматривает Шекспир корень зла? Мне кажется, что это прежде всего эгоизм, старание весь мир принудить служить собственным прихотям. Только эгоизмом можно объяснить преступление Клавдия, неприличный брак Гертруды, погоню Полония за деньгами и наградами. Такую форму избрал его эгоизм.

Разве же не охота толкает двухнедельную вдову к королевскому ложу? Так. Такое лицо убрал ее эгоизм: “Я еще такая молодая и красивая, а за время жалобы, не дай Господи, могу и из тела спасть!” Думаю, нет уже смысла продолжать эту цепь объяснений. “Мир расшатался” в человеческих душах, а Гамлет понимает своя задача отстроить его на лучших началах. Страшное бремя выпадает на его судьбу.

Когда-то Сын Божий пришел для этого на землю. Ходил, учил, создавал дива, просил… Напрасно! И живого Бог распяли на высокой горе.

Или для того, чтобы как можно больше людей видели Его позорную смертную казнь? Или для того, чтобы Он видел, что Его жизнь и самая смерть ничего не изменили в жестоких душах?

Поэтому история принца Датского и является трагедией. Он обречен на вековую борьбу со злом. Мне жаль несчастного Гамлета.

Мне жаль Шекспира, который поставил перед собой такую простую цель – написать новую пьесу для Ричарда Бербеджа. А оказалось, что он поставил перед собой фундаментальный вопрос человеческой жизни. Насколько бы всем было лучше, если бы Гамлет совершил государственный мятеж, зарезал бы Клавдия, вступил в брак с Офелией и наградил Полония высочайшим орденом.

И не задумывался бы над вопросами справедливости, добрая и злая в жизни. Правда, тогда бы это была “черная” комедия.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (1 votes, average: 5.00 out of 5)
Loading...

Проблема добра и зла в трагедии В. Шекспира “Гамлет”