Портреты образов современников в творчестве русских писателей



Лермонтов Начинает с того же, с чего любил начинать свои портреты Пушкин: рост, сложение. Но для Лермонтова важно не живописное впечатление от Печорина, а те особенности его внешности, которые помогают понять характер, психологию. Сразу – с первого же взгляда – в Печорине угадывается сильный человек, сильный как физически, так и душевно. От роста и сложения Лермонтов, как и Пушкин, переходит к одежде: “пыльный бархатный сертучок”, “ослепительно-чистое белье, изобличавшее привычки порядочного человека”; “запачканные перчатки казались нарочно сшитыми по его маленькой аристократической руке”.

В этом описании сразу бросается в глаза несоответствие аристократического облика Печорина тому дорожному одеянию, в котором мы его видим. Маленькие руки, бледные пальцы, ослепительно чистое белье – все это признаки аристократа, человека “порядочного”. Сейчас мы употребляем это слово в смысле “честный, благородный, с чистой совестью”.

В эпоху Лермонтова слово это имело иной смысл, социальный. Оно обозначало принадлежность к избранному кругу. По-французски

говорили перевод, который мы видим у Лермонтова: порядочный человек. В конце повести о “Бэле” рассказчик просил нас сознаться, что “Максим Максимыч человек достойный уважения”, и не назвал штабс-капитана “порядочным человеком”: по своему положению в обществе Максим Максимыч не может быть причислен к “порядочным “людям”.

Описывая Печорина, Лермонтов обозначает этим словом социальную принадлежность своего героя к аристократии. Родовой аристократ – вместо того, чтобы блистать в гостиных, – сидит на скамье у ворот грязной гостиницы и, зевая, ждет, когда, наконец, заложат его лошадей. Зачем он здесь? Почему? – естественно возникают эти вопросы.

Какая-то противоречивость бросается в глаза сразу. Во всем, что мы прочтем дальше, это ощущение противоречивости усилится.

Почти на всех иллюстрациях к роману Печорин изображен с прямым греческим носом – и нам хочется представлять себе правильное лицо. Но Лермонтов пишет, что у него был “немного вздернутый нос”. “Вот уж непохоже!” – кажется нам. А на самом деле похоже, потому что все противоречиво в этом человеке; “зубы ослепительной белизны” и с глазами, которые “не смеялись, когда он смеялся!”

Глазам Печорина Лермонтов посвящает целый абзац. То, что они “не смеялись”, – “признак или злого нрава, или глубокой постоянной грусти”. Мы готовы согласиться с этим определением, но почему-то не верится, что Печорин был “злого нрава”; мы уже успели заметить в нем глубокую постоянную грусть.

Глаза его “сияли каким-то фосфорическим блеском,. . то был блеск подобный блеску гладкой стали, ослепительный, но холодный” И дальше, описывая взгляд Печорина, Лермонтов говорит те самые слова, которыми современники описывали его собственный взгляд: “непродолжительный, но проницательный и тяжелый”, он “мог бы казаться дерзким, если б не был столь равнодушно-спокоен”.

В неоконченной повести “Княгиня Литовская” Печорин был похож на самого Лермонтова: “небольшого роста, широк в плечах и вообще нескладен; казался сильного сложения” лицо “смуглое, неправильное, но полное выразительности”.

Но Печорин из “Княгини Литовской” и Печорин из “Героя нашего времени” – вовсе не обязательно одно и то же лицо. Лермонтов, в ранних произведениях открыто наделявший своих героев не только своим характером, но даже своей биографией, в последнем романе стремится отойти от себя. В “Герое нашего времени” Печорин-не автопортрет, и, наделив его в “Княгине Литовской” своей “невыгодной наружностью”, в романе Лермонтов пишет, что Печорин “был вообще очень недурен и имел одну из тех физиономий, которые особенно нравятся женщинам”.

Вспомним еще раз точные живописные пушкинские портреты: в них нет и не может быть психологических оттенков, какие мы видим в портрете Печорина (взгляд “мог казаться дерзким”; лицо-из тех, “которое особенно нравятся женщинам”. ..) Пушкин описывает внешность героя; Лермонтов через внешность показывает психологию, характер, душу. Этому научились у него Гоголь, Тургенев, Достоевский, Толстой – те великие писатели, которых мы называем классиками.

Вот несколько портретов из их произведений – я сознательно выбрала описания не главных героев, чтобы яснее был виден принцип изображения человека:

“Она была велика ростом, худа, очень бела и казалась постоянно грустной и изнуренной. Улыбка у нее была печальчая, но чрезвычайно добрая, глаза большие, усталые и несколько косые, что давало ей еще более печальное и привлекательное выражение. Она сидела не сгорбившись, а как-то опустившись всем телом, все движения ее были падающие”.

Так Л. Н. Толстой описывает в “Юности” немолодую женщину Ивину. Здесь ясно виден лермонтовский принцип: с одной стороны – точность деталей (рост, улыбка, глаза), с другой стороны – в портрете большое место занимает описание характера: “казалась постоянно грустной,”, “печальное и привлекательное выражение”, “все движения ее были падающие”

Несколько иначе поступает Тургенев. Он описывает героя только внешне, но в конце – как вывод – сообщает свои наблюдения о его характере. Вот портрет Потугина из “Дыма”: “. . . человек широкоплечий, с просторным туловищем на коротких ногах, с понурою курчавою головой, с очень умными и очень печальными глазками под густыми бровями, с крупным правильным ртом… и тем чисто русским носом, которому присвоено название картофеля; человек с виду неловкий и даже диковатый, но уже наверное недюжинный”.

И, наконец, портрет Плюшкина у Гоголя: “Лицо его не представляло ничего особенного; оно было почти такое же, как у многих худощавых стариков, один подбородок только выступал очень далеко вперед, так что он должен был всякий раз закрывать его платком, чтобы не заплевать; маленькие глазки еще не потухнули и бегали из-под высоко выросших бровей, как мыши, когда, высунувши из темных нор остренькие морды, насторожа уши и моргая усами, они высматривают, не затаился ли где кот или шалун мальчишка… Гораздо замечательнее был наряд его: никакими средствами и стараньями нельзя бы докопаться, из чего состряпан был его халат: рукава и верхние полы до того засалились и залоснились, что походили на юфть, какая идет на сапоги; назади вместо двух болталось четыре полы.”

Гоголь, как всегда, остро преувеличивает недостатки своего героя: подбородок выступал так далеко вперед, что его можно было заплевать, глазки бегали, как мыши. В портрете Плюшкина, как и в портрете старухи у Достоевского, автор не говорит о характере героя; но его отношение к этому характеру видно в насмешливом тоне, в этих сравнениях глаз с мышами, материи на халате с юфтью, какая идет на сапоги. Как можно сравнивать эти сатирические, насмешливые портреты с изображением Печорина, к которому автор относится очень серьезно?

Можно сравнивать, потому что речь идет не об оценке героя, а о принципах описания его внешности.

Конечно, каждый из писателей, пришедших в русскую литературу после Лермонтова, внес в нее свое. Но влияние Лермонтова на каждого из них – очевидно.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...

Портреты образов современников в творчестве русских писателей