ОТРАЖЕНИЕ РУССКОЙ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ В РОМАНЕ И. А. ГОНЧАРОВА “ОБЛОМОВ”



ОТРАЖЕНИЕ РУССКОЙ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ В РОМАНЕ И. А. ГОНЧАРОВА “ОБЛОМОВ”

И. А. Гончаров вошел в русскую литературу как прогрессивный писатель, выдающийся представитель той школы художников-реалистов 40-х годов, которые продолжали традиции Пушкина и Гоголя, воспитывались под непосредственным воздействием критики Белинского. Гончаров – один из создателей великого русского реалистического романа.

Современник Герцена и Тургенева, Островского и Салтыкова-Щедрина, Достоевского и Л. Толстого, Гончаров вместе с ними на протяжении десятилетий привлекал к себе внимание передовой демократической критики и широких кругов читателей.

Роман “Обломов” был напечатан в первых четырех книгах журнала “Отечественные записки” за 1859 год. Обильный материал для романа дали писателю его впечатления детских лет. Вспоминая свое детство, Гончаров писал: “Мне кажется, у меня, очень зоркого и впечатлительного мальчика, уже тогда при виде всех этих фигур, этого беззаботного житья-бытья, безделья и лежанья и зародилось неясное представление об “обломовщине”.

Впоследствии

это представление обогатилось впечатлениями симбирской и столичной жизни”.

Роман Гончарова имел большой и шумный успех. Один из современников, критик А. М. Скабичевский, писал: “Нужно было жить в то время, чтобы понять, какую сенсацию возбудил этот роман в публике и какое потрясающее впечатление произвел он на все общество. Он как бомба упал в интеллигентную среду как раз во время самого сильного общественного возбуждения, за три года до освобождения крестьян, когда во всей литературе проповедовали крестовый поход против сна, инерции и застоя”.

“Обломов” появился в обстановке подъема демократического движения и имел большое значение в борьбе передовых кругов русского общества против крепостного права. Сам Гончаров видел в своем новом произведении продолжение той критики, с которой он выступал в “Обыкновенной истории” против отсталых, косных и застойных нравов, присущих феодально-крепостническому порядку, породившему обломовщину. “Я старался показать в “Обломове”, как и отчего у нас люди превращаются прежде времени в… кисель”, – писал Гончаров.

Обломова превратила в кисель, в “ком теста” крепостная среда. Гончаров показал, что обломовщина сложилась на почве владения “крещеной собственностью”, “тремястами Захаров”, что Обломова взрастила дворянская усадьба с ее застойным бытом и помещичьими нравами. Сам Илюша, как и большинство обитателей Обломовки, незлобивый и добродушный человек. Но, по словам Добролюбова, “гнусная привычка получать удовлетворение своих желаний не от собственных усилий, а от других, развила в нем апатическую неподвижность и повергла его в жалкое состояние нравственного рабства.

Рабство это так переплетается с барством Обломова, так они взаимно проникают друг в друга и одно другим обусловливаются, что кажется, нет ни малейшей возможности провести между ними какую-нибудь границу”. Апатия и неподвижность отражены Гончаровым даже во внешнем облике Ильи Ильича Обломова – изнеженного, обрюзгшего не по летам человека, который “наспал свои недуги”.

Вся жизнь Обломова рисуется как страшный, удручающий процесс постепенного духовного и морального оскудения человеческой личности, как превращение живого человека в мертвую душу. Придерживаясь идеологии природной жизни, герой существует согласно собственным принципам и собственному пониманию цельного и гармоничного человека. Он лишен тщеславия, его не прельщают карьеризм, погоня за выгодной женитьбой и богатством. “Нет, – восклицает он, – это не жизнь, а искажение нормы, идеала жизни, какой указала природа целью человека”. Но, рисуя себе идеал ничем не нарушаемой и благородной праздности, беззаботной и привольной помещичьей жизни, обеспеченной трудом крепостных, Обломов не видел ничего странного в получении оброка с крепостных крестьян и даже, несмотря на свое благодушие, “придумал новую меру против лени и бродяжничества крестьян”.

Илья Ильич радуется своей неподвижности и независимости, не отдавая себе отчета в том, что сам является частью ненавистного ему мира. Лишь иногда он с гнетущим беспокойством задумывается над своей жизнью и приходит к выводу, что “…какой-то тайный враг наложил на него тяжелую руку в начале пути и далеко отбросил от прямого человеческого назначения…”. На самом же деле этим врагом, который погубил все доброе в Илье Ильиче, явился сам образ его жизни, все то, что впоследствии приобрело стойкое определение – обломовщина.

В образе Обломова критик Н. А. Добролюбов увидел отражение русского национального характера, назвал его “коренным типом” русской жизни, а литературовед Д. Н. Овсянико-Куликовский характеризовал свойства Обломова как “черту национального психического склада”. В одном из откликов на роман говорилось о том, что Захар и Обломов “выросли на одной и той же почве, пропитались одними и теми же соками”, да и сам автор подчеркивал, что его герой воплощает “элементарные свойства русского человека”. Не случайно слуга Захар, которого отличают постоянное брюзжание и строптивость, упрямство, неповоротливость, косность и неряшливость, преклонение перед барством и прежде всего – лень, выведен в романе как двойник главного героя.

Но обломовское начало живет не только в его слуге. Сходные черты мы без труда замечаем и в гостях героя, и в быте вдовы Пшеницыной. Сходный образ жизни укоренился по деревням и селам крепостнической России и в ее столице. Он проявляется не только в поведении бар, но и в косности чиновников, крепостных крестьян, людей интеллигентных профессий.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что в Обломове воплотились черты характера, порожденного всей русской патриархальной помещичьей жизнью. Образ этот является крупнейшим обобщением.

Гончаров – художник-реалист, глубокий знаток русской действительности: осудив обломовщину как воплощение жизненного застоя, неподвижности, беспробудной человеческой лени, писатель сумел показать и буржуазную ограниченность трезвого дельца Штольца. В изображении Гончарова Штольц сочетает в себе высокую культуру, знание жизни с предприимчивостью и практичностью: “Как в организме нет у него ничего лишнего, так и в нравственных отправлениях своей жизни он искал равновесия практических сторон с тонкими потребностями духа”. С точки зрения буржуазного идеала, Штольц достигает всего: материального благополучия, комфорта, видного положения в обществе.

Штольц – предприниматель, он увлечен своими делами. Но еще Н. А. Добролюбов справедливо обратил внимание на то, что тайна деловых успехов Штольца, его преуспевания во всем не раскрыта Гончаровым: “Из романа Гончарова мы и видим только, что Штольц – человек деятельный, все о чем-то хлопочет, бегает, приобретает, говорит, что жить – значит трудиться… Но что он делает и как он ухитряется делать что-нибудь порядочное там, где другие ничего не могут сделать, – это для нас остается тайной”.

Однако современники Гончарова поняли буржуазно-эксплуататорский характер деятельности Штольца. Критик А. П. Милюков писал: “В этой апатичной натуре под маской образования и гуманности, стремления к реформам и прогрессу скрывается все, что так противно русскому характеру и взгляду на жизнь… Из этих-то господ выходят те честные дельцы, которые, добиваясь выгодной карьеры, давят все, что ни попадается на пути… все учредители мнимо-благодетельных предприятий, эксплуатирующие работников на фабрике, акционеры в компании, при громких возгласах о движении и прогрессе, все великодушные эмансипаторы крестьян без земли…” Под трезвым пониманием жизни у Штольца скрывались сухой деловой расчет, подчинение человеческих черт предпринимательскому практицизму.

В образе Штольца Обломов стремился вскрыть буржуазную ограниченность: “Мы – не титаны… мы не пойдем… на дерзкую борьбу с мятежными вопросами, не примем их вызова, склоним голову и смиренно переживем трудную минуту, и опять потом улыбнется жизнь, счастье”.

Самой буржуазии, выросшей на почве крепостного права, была присуща обломовщина, питавшаяся и после падения крепостного права многочисленными крепостническими пережитками. Гончаров был совершенно прав, указывая на неизбежную гибель обломовщины. Но это не могло случиться очень быстро: обломовщина продолжала мешать всему дальнейшему прогрессивному развитию русской общественной жизни.

Настоящего положительного героя романа Н. А. Добролюбов видел в невесте Обломова – Ольге Ильинской. В ней критик усмотрел “намек на новую русскую жизнь”: “… от нее можно ожидать слов, которые сожгут и развеют обломовщину”. Другой критик, Д. И. Писарев, в личности Ольги справедливо находил “естественность и присутствие сознания… правдивость в словах и в поступках, отсутствие кокетства, стремление к развитию, умение любить просто и серьезно, без хитростей и уловок…” Ольга не способна покорно подчиняться своей судьбе.

Она мечтает спасти Обломова, заставить его “жить, действовать, благословлять жизнь”, спасти его погибающие ум и душу. Но когда Ольга убеждается в тщетности своих усилий и видит, что любимый человек не соответствует ее высокому представлению об идеале, она порывает с Обломовым.

Подчеркивая в Ольге стремление к борьбе во имя благородных, а не эгоистических целей, Добролюбов, видевший в героине романа передовую русскую женщину, пишет: “Она оставит и Штольца, ежели перестанет верить в него. А это случится, ежели вопросы и сомнения не перестанут мучить ее, а он будет продолжать давать ей советы – принять их как новую стихию жизни и склонить голову. Обломовщина хорошо ей знакома, она сумеет различить ее во всех видах, под всеми масками и всегда найдет в себе столько сил, чтобы произнести над нею суд беспощадный…”

Критически изображен в романе не только Обломов, но и другие персонажи: преуспевающий чиновник-бюрократ Судьбинский (не зря автор решил дать этому персонажу “говорящую” фамилию), пустой светской фат Волков, плут и вымогатель Тарантьев, мещанка Пшеницына. Во всех этих типах Гончаров показал проявление все той же обломовщины как страшного зла русской жизни.

“Обломов” затрагивал такие существенные стороны и вопросы русской жизни крепостной эпохи, что вокруг романа сразу же возникла шумная полемика. Славянофилы ополчились против обличения Гончаровым обломовщины и пытались представить и самого Обломова, и Пшеницыну положительными началами русской жизни. Либеральные критики, преклонявшиеся перед буржуазным Западом, клеветали на русский народ, искажали его национальный характер.

Они увидели в обломовщине проявление “русской национальной болезни”: по словам А. В. Дружинина, “обломовщина в слишком обширном развитии вещь нестерпимая, но к свободному и умеренному ее проявлению не за что относиться с враждою”.

Статья Добролюбова об “Обломове” появилась в тот исторический момент, когда в России складывалась революционная ситуация. Роман Гончарова был использован Добролюбовым как острое оружие в обличении прогнившего крепостнического строя, в борьбе за интересы народа. Критик, указав на “необыкновенное богатство содержания романа”, глубоко раскрыл его социально – политический смысл, увидев в обломовщине порождение крепостнического строя, и расценил роман как протест против крепостничества.

По словам Добролюбова, в романе “сказалось новое слово нашего общественного развития, произнесенное ясно и твердо, без отчаяния и без ребяческих надежд, но с полным сознанием истины. Слово это – обломовщина…” Оно “служит к разгадке многих явлений русской жизни, и оно придает роману Гончарова гораздо более общественного значения, нежели сколько имеют его все наши обличительные повести”.

Добролюбов отметил, что обломовы в общественной жизни являются злейшими врагами рождающегося нового. К обломовым он, в частности, причислял либеральствующих фразеров, идущих на поводу у правящих кругов. В иносказательной форме Добролюбов указывал, какая опасность таится в такого рода обломовых для народного дела, выражал уверенность, что народ сметет с пути этих бездействующих болтунов в тот момент, когда осознает “необходимость настоящего дела” – революции.

Обломовщина стала нарицательным понятием косности и застоя, выражением глубокого кризиса крепостнического хозяйства и порожденной им идеологии. Сам Гончаров подчеркнул в романе, что обломовщина сложилась и выросла на почве крепостнических отношений, на почве владения “тремястами Захаров”. Писатель видел в обломовщине социальное явление, продукт определенных общественно-исторических условий.

Изобличение обломовщины – настоящая патриотическая заслуга писателя. Гончарову революционно-демократические идеи были чужды, но своим романом он содействовал борьбе с обломовщиной как страшным социальным злом, сковывающим творческую жизнь народа, препятствующим его общественному, духовному и нравственному развитию.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...

ОТРАЖЕНИЕ РУССКОЙ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ В РОМАНЕ И. А. ГОНЧАРОВА “ОБЛОМОВ”