Один добывает мед поэзии (эликсир Мимира)



Возникновение мира, природы, людей

Один у источника Мимира. Слыхивал в детстве Один от своей матери-великанши, что есть где-то волшебный источник; если испить его воды, будешь знать прошлое и видеть будущее. Сторожит это источник ее брат, великан Мимир.

Долго искал Один этот источник: оказалось, что бьет он из-под того корня Мирового дерева, что протянулся к Стране ледяных великанов.

Не любил Один их страну, но ради обретения мудрости решил пойти. Приходит к источнику. Великан Мимир пьет из него каждое утро чудесную воду, оттого исполнен мудрости и важности.

Прикинулся Один простаком, пожаловался дяде на жару, попросил водицы. Расхохотался Мимир: “Нет, Один, даром великое не дается. Возьму с тебя малую плату – один глаз, а иначе не получишь ни капли”.

Подумал-подумал Один и согласился: уж очень ему хотелось знать то, что другим недоступно. Отдал глаз, вволю испил воды, наполнился мудростью и еще больше стал помогать людям и асам. С тех пор стали звать Одина еще и “другом Мимира”

Один открывает руны. Однажды Один исчез из Асгарда. Девять долгих дней и ночей

не видели его боги; никому не сказал он, куда и зачем отправился, все были в тревоге.

Каждый день собирались асы под Священным ясенем узнать, нет ли вестей от Одина. Пришли и на десятое утро. И вдруг прямо им под ноги со Священного дерева рухнул Один. Худой, в ободранной одежде, проткнутый копьем, он стонал и… улыбался.

А в руках держал какие-то вырезанные из камня и раскрашенные знаки. Поел-попил Один, на глазах налился, словно пшеничный колос, и начал свой рассказ. Оказывается, висел он все дни в ветвях Мирового дерева на семи ветрах, принеся в жертву самого себя.

Так он надеялся открыть руны – буквы, поэтические знаки, чтобы научить богов и людей писать и читать заклинания, сохранять тайные знания и стихи навечно. И это удалось Одину. Потому называют его богом мудрости. И иногда в шутку – “Грузом копья”.

Еще считается Один богом повешенных, потому что сам провисел столько дней!
Один.

Один-Злодей – работник. Больше всего жаждал Один добыть мед поэзии. Для этого вновь пришлось ему отправиться в страну великанов. Узнал он, где живут родственники Суттунга, решил с их помощью добыть мед.

Подходит к их усадьбе, а на лугу работники косят сено. Много скота у Бауги, брата Суттунга, нужно и много сена на зиму. Все лето необходимо в поте лица косить, сушить, ворошить, возить, метать стога.

Никак без работников не управиться. Подумал Один: “Вот если бы их не было, нанялся бы я к великану, а в качестве платы запросил бы мед…”.

Подошел он к работникам и спрашивает, не нужно ли им поточить и направить косы хорошим точилом. Те рады были передохнуть, да и косы сильно затупились уже, – отвечают, что неплохо бы. Один поточил их инструмент. И так споро пошла косьба, что каждый из косцов захотел купить замечательное точило.

Началась перебранка, Один подкинул точило в воздух, косцы бросились его ловить, и вышло, что полоснули друг друга по шее косами и пали замертво. А было их девять человек.

Как ни в чем не бывало, попросился Один переночевать к их хозяину. Стал Бауги сетовать, что не найти ему в разгар лета новых работников. Один и говорит: “Мог бы я к тебе наняться и все работы переделать; плата же нужна мне малая – глоток меда Суттунга”.

Не мог Бауги наверняка ручаться за брата, но помочь новому работнику добыть мед пообещал. Все лето за девятерых работал Один, назвавшийся Бельверком (“Злодеем”), а как пришла зима,- стал требовать платы. Пришлось Бауги рассказать брату об уговоре, но наотрез отказался тот дать хоть каплю меда.

Гуннлед угощает Одина медом. Бельверк уговорил Бауги тайно от брата сделать дырочку в скале, где Гуннлед стерегда мед. Согласился Бауги, взял бурав, пробуравил для виду немного и сказал, что все готово.

Хотел он обмануть Одина, но тот подул в отверстие, и полетела каменная крошка прямо ему в глаза, а прошел бы бурав насквозь – крошка посыпалась бы внутрь. Пришлось Бауги все сделать по-настоящему: тотчас принял Бельверк-Один обличье змеи, скользнул в отверстие – и был таков. Крутанул со зла Бауги буравом вслед, да промахнулся.

Один же обернулся добрым молодцем и предстал перед великаншей Гуннлед. Надолго оставлял ее отец-Суттунг одну, что и оказалось на руку Одину. Провел он с девушкой три дня и три ночи, очаровал ее совершенно. Полюбила Гуннлед Одина, попросила забрать с собой.

Пообещал Один, что возьмет ее в Асгард, если даст она ему три глотка меду и поможет выбраться. С первого глотка осушил он Одрерир, со второго – Бодн, а с третьего – Сон: так и достался ему весь мед.

Оторопела Гуннлед, а Один превратился в орла и, свистя крыльями, помчался в сторону Асгарда. А в это время к пещере как раз шел Суттунг, нес дочери еду; догадался он обо всем, тоже обратился орлом, бросился в погоню.

Увидели асы, что Один летит, выставили чашу, чтобы с ходу он выплюнул туда мед. Торопился Один, и немного меда вышло у него из другого места. Не стали подбирать его боги, но налетели всякие пустомели, с тех пор и мнят себя поэтами, а остальные над ними посмеиваются, называют стихоплетами. Добрый же мед отдал Один асам и лучшим поэтам среди людей.

Зовется с тех пор поэзия “добычей Одина”, его “питьем” или “питьем асов”. А также – “кровью Квасира”, “медом Суттунга”, “Влагой Одрерира, Бодна и Сона”, “влагой скал”. Германо-скандинавские мифы<
Возникновение мира, природы, людей


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...

Один добывает мед поэзии (эликсир Мимира)