Оценки критиков позднейшего творчества А. С. Грибоедова



Относительно оценки позднейшего творчества А. С. Грибоедова существуют различные мнения. Н. К. Пиксанов считает, что Грибоедов – “литературный однодум” и после “Горя от ума” его творчество было неудачным. Это мнение оспаривает М. В. Нечкина, и к ней, по существу, присоединяется В. Н. Орлов. Оба автора отмечают идейную важность творческих замыслов Грибоедова, оставшихся незавершенными.

Для правильного решения этого вопроса необходимо разобраться как в идейной, так и в художественной стороне замыслов писателя.

Грибоедов мечтал создать ряд высоких трагедий, но до нас дошли лишь наброски планов и отдельные сцены. Дополнительные сведения о замыслах писателя находим у мемуаристов. С. Н. Бегичев рассказывает о замысле пролога в двух актах под названием “Юность вещего”, посвященного М. В. Ломоносову и предназначавшегося для открытия нового театра в Москве (ныне Большой театр). Замысел, видимо, относится еще к концу 1824 г. Вероятно, летом 1825 г. в Крыму Грибоедов начал писать трагедию из эпохи борьбы русских с половцами (сохранился отрывок без заглавия, условно называемый

“Серчак и Итляр”).

Наиболее интересными были замыслы трагедии “Рода-мист и Зенобия” (сохранилось схематическое изложение двух первых актов в чужой записи), исторической драмы о 1812 г. (сохранился план драмы и одна сцена) и трагедии “Грузинская ночь” (сохранились две сцены и изложение содержания всей трагедии мемуаристом).

После разгрома восстания декабристов мысль Грибоедова настойчиво билась над решением вопроса о причинах, вызвавших революционное движение и его разгром. Писатель не сошел с однажды избранного им пути, он, как и А. С. Пушкин, оставался верным заветам и памяти декабристов. Но, как и Пушкин, он еще более четко осознал обреченность заговорщической тактики и решающую роль народа в борьбе за свободу.

Неосуществленные творческие замыслы Грибоедова свидетельствуют о его ненависти к крепостничеству и угнетению: в трагедии “Грузинская ночь” рассказывалось о том, как грузинский князь отдал другому князю в обмен на коня сына своей кормилицы; отчаявшаяся мать старается отомстить князю; гибнет его дочь, гибнет и сама кормилица.

Особенно замечателен был замысел драмы о 1812 г. В центре пьесы – “всеобщее ополчение без дворян”, героем которого является крестьянин М *. Записи в плане весьма выразительны: “Зимние сцены преследования неприятеля и ужасных смертей”, “подвиги М *”, затем сцена в Вильне, “отличия, искательства; вся поэзия великих подвигов исчезает. М * в пренебрежении у военачальников. Отпускается восвояси с отеческими наставлениями к покорности и послушанию”.

Последняя пометка в плане свидетельствует о трагическом конце героя: “Прежние мерзости. М * возвращается под палку господина,

Который хочет ему сбрить бороду. Отчаяние самоубийство”. Что

Скрывается под этим многоточием – нам неизвестно, но, возможно, и месть господину. Мы видим, как глубоко проник Грибоедов в народный характер Отечественной войны 1812 г.

Несомненно, одной из причин, помешавших писателю завершить свои смелые замыслы, была реакция, наступившая после разгрома декабристов. Недаром Грибоедов писал Бегичеву 9 декабря 1826 г.: “Кто нас уважает, певцов истинно-вдохновенных, в том краю, где достоинство ценится в прямом содержании к числу орденов и крепостных рабов?.. Мученье быть пламенным мечтателем в краю вечных снегов”. Грибоедов считает, что героическое время прошло.

В том же письме он добавляет: “Читай Плутарха и будь доволен тем, что было в древности. Ныне эти характеры более не повторятся”. Нечего было и мечтать увидеть в печати драму о 1812 г. Ведь и “Горе от ума” оставалось под запретом.

Но была и внутренняя причина незавершенности этих замыслов Ни один из них в драматургическом отношении не поднимался до “Горя от ума”. Важнейшими качествами комедии Грибоедова, как мы говорили, были высокая идейность, злободневность и сценичность. Этих качеств не могла заменить ни глубина исторических параллелей, ни яркость аллегорических намеков на современность.

А именно в параллели с современностью весь смысл “Родамиста и Зенобии” в иносказании – смысл “Грузинской ночи”.

Противоречия новой драматургии Грибоедова особенно явственно выступили в драме о 1812 г. Ее реалистическое и острополитическое содержание сочеталось со сценами фантасмагорических видений, которые нарушали общий характер пьесы. Здесь, наряду со сценами на Красной площади и под Москвой, передающими народный характер войны, должна была быть сцена в Архангельском соборе, где на призыв “трубного гласа архангела” возникали “тени давно усопших исполинов – Святослава, Владимира Мономаха, Иоанна, Петра и проч.”. Эти тени “пророчествуют о године искупления для России.

Хор бесплотных провожает их и живописным строем представляет их отшествие из храма; своды расступаются, герои поднимаются выспрь и исчезают”. Все эти мистериальные мотивы слишком противоречили реалистическому в общем замыслу. Подобным образом и в “Юности вещего” показывалось, как сыну рыбака Ломоносову, почувствовавшему свой завидный удел, покровительствует некий “неведомый муж, богомолец”, который оказывается его “таинственным спутником” во время побега из дома.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...

Оценки критиков позднейшего творчества А. С. Грибоедова