Образ автора в романе “Евгений Онегин” Пушкина А. С



Пушкин определил жанр своего любимого произведения как “роман в стихах”, то есть “Евгений Онегин” – это лиро-эпическое произведение. Эпическое, так как в нем описывается история жизни молодого дворянина Евгения Онегина, современника Пушкина; лирическое, так как самым активным героем в произведении является автор, выступающий одновременно в нескольких ролях – как рассказчик, как приятель заглавного героя, как участник описываемых событий и поэт. Благодаря эпическому содержанию “Евгений Онегин” – роман, благодаря

образу автора “Евгения Онегина” можно назвать “лирическим дневником” или “дружеским посланием”.
Определение жанра: “Евгений Онегин” – роман-дружеское послание – кажется наиболее точным, так как “Евгений Онегин” по существу – откровенная, часто шутливая беседа автора с читателем, во время которой автор рассказывает о своем друге Онегине и сам же живо комментирует этот рассказ, то есть выражает свое отношение к героям и их поступкам, вспоминает эпизоды из собственной жизни, делится своими мыслями по поводу затронутых тем. Например, автор отмечает, что Онегину так же быстро
наскучили “деревенские прелести”, как и светские развлечения в Петербурге. И тут же следует строфа о себе самом, из которой понятно, что автор – любитель несуетной деревенской жизни:

Я был рожден для жизни мирной,
Для деревенской тишины:
В глуши звучнее голос лирный,
Живее творческие сны. (1, LV)
Или, сообщив, что Татьяна написала письмо Онегину по-французски, автор шутливо рассуждает о русском языке, который пока еще “К почтовой прозе не привык” (3, XXVI), и с комическим ужасом думает о том времени, когда дамы будут изъясняться “на языке своем родном” (там же):
Не дай мне Бог сойтись на бале
Иль при разъезде на крыльце
С семинаристом в желтой шали
Иль с академиком в чепце! (3, XXVIII)
В пользу принятого выше определения жанра говорит еще то, что произведение изобилует обращениями к читателю: “Друзья Людмилы и Руслана!” (1, II), “И вы, читатель благосклонный…” (7, V), “Кто б ни был ты, о мой читатель…” (8, ХLIХ).
Обычно в европейских романах XIX века писатели стремились глубоко спрятать авторское отношение к изображаемому и таким образом создать перед читателем иллюзию саморазвертывания жизни. Автор в таких романах превращается во всезнающего повествователя, который как бы стоит над героями и знает о них все: их жизненные обстоятельства, самые потаенные мысли, их прошлое и будущее. В “Евгении Онегине” автор-повествователь рассказывает историю Евгения Онегина и Татьяны Лариной, но одновременно становится героем наравне с другими персонажами (подобно герою-рассказчику в повести Н. М. Карамзина “Бедная Лиза” или автобиографическому герою в ранних рассказах М. Горького “Макар Чудра”, “Старуха Изергиль” и т. д.) и открыто и непосредственно выражает свою позицию, свою оценку событий и героев.
Уже в первой главе автор решительно отделяет себя от заглавного героя:
Всегда я рад заметить разность
Между Онегиным и мной… (1, LVI)
Благодаря лирическим отступлениям, читатель получает сведения об авторе, характер которого, как и характеры его героев, обусловлен конкретным временем и общественной средой, то есть создан по принципам реалистического искусства. Автор, как и Онегин, принадлежит к дворянской светской молодежи 20-х годов XIX века. В юности он, подобно Онегину, был франтом, не пропускал балов (“Во дни веселий и желаний Я был от балов без ума” 1, XXIX), легко влюблялся и флиртовал с дамами:
Опять кипит воображенье,
Опять ее прикосновенье

Зажгло в увядшем сердце кровь,
Опять тоска, опять любовь! (1, XXXIV)
Однако даже тогда между автором и заглавным героем были заметны различия. Первый, к примеру, серьезно интересуется театром и балетом – восхищается мастерством драматургов, постановщиков, восторженно отзывается об исполнителях; второй только скучает и “с ученым видом знатока” (1, V) критикует подряд все спектакли, хотя во время представления глядит не на сцену, а преимущественно на дам в ложах:
И молвил: “Всех пора на смену,
Балеты долго я терпел,
Но и Дидло мне надоел”. (1, XXI)
Потеряв вкус к такому времяпрепровождению, совершенно разочаровавшись в светской жизни “на самом утре наших дней” (1, XLV), автор и Онегин подружились:
Условий света свергнув бремя,
Как он, отстав от суеты,
С ним подружился я в то время.
Мне нравились его черты… (1, XLV)
Приятели вспоминают “прошлых лет романы”, возвращаются “мечтой к началу жизни молодой”, вместе стремятся “увидеть чуждые страны” (1, LI), потом расстаются на несколько лет и снова встречаются в Одессе во время путешествий Онегина.
Автор знаком не только с Евгением, но и со всеми другими героями романа, пристально наблюдает за развитием истории любви Онегина и Татьяны, хранит стихи Ленского и письмо Татьяны, которое, кстати, сам переводит с французского. Иными словами, он активно вмешивается в действие, в оценках поступков героев демонстрирует спокойную рассудительность и доброжелательность.
Авторское отношение к героям в основном ироническое. С иронической насмешкой, скрытой под маской восхищения, изображает автор Ольгу:
Улыбка, локоны льняные,
Движенья, голос, легкий стан,
Все в Ольге… но любой роман
Возьмите и найдете, верно,
Ее портрет: он очень мил,
Я прежде сам его любил,
Но надоел он мне безмерно. (2, XXIII)
Героиня привлекательна только молодостью (свежим личиком и пока наивною душой). Все это быстро пройдет, и она станет копией маменьки, жизненные интересы которой сосредоточены на домашнем быте да сытной еде. В Ольге нет ни глубокого характера, ни возвышенного ума, которые отличают ее сестру – Татьяну.

С иронической насмешкой, за которой скрывается явная симпатия, рассказывает автор о Ленском. Романтический юноша везде ищет роковые страсти и таинственные знаки-приметы. Например, молодой поэт, возвратившись из Германии, приходит на простое деревенское кладбище к могиле старика Ларина. Автор, добиваясь иронического эффекта, изображает этот житейский эпизод, перечисляя разнородные экзотические детали: древнеримских домашних божков-пенатов, могильный пепел (хотя русские, в отличие от древних римлян, не сжигают умерших), знаменитую фразу Гамлета:
Своим пенатам возвращенный,
Владимир Ленский посетил
Соседа памятник смиренный,
И вздох он пеплу посвятил;
И долго сердцу грустно было.
“Poor Yorick!” – молвил он уныло. (2, XXXVII)
Ирония, скрывающая сочувствие, присутствует в описании заглавного героя. Его разочарование в жизни в восемнадцать лет кажется надуманной манерностью, данью моде. Он появляется налюдях только для того, чтобы продемонстрировать свое презрение ко всем и всему:
Как Child-Harold, угрюмый, томный
В гостиных появлялся он;
Ни сплетни света, ни бостон,
Ни милый взгляд, ни вздох нескромный,
Ничто не трогало его, не замечал он ничего. (1, XXXVIII)
С первого взгляда поведение Онегина, описанное в первой главе,, может вызвать осуждение: очевидно, он не идеальный литературный герой, но и не литературный злодей, которых с удовольствием изображали писатели-романтики начала XIX века. Герой – обычный человек, “Как вы и я, как целый свет” (8, VIII). Автор стремится разносторонне представить героя и убедительно объяснить его характер и поступки, а для этого иронии недостаточно.

Отношение к Онегину у автора сложное, он не спешит осудить, но хочет понять поступки героя, которого называет “приятелем” (I, II), то есть близким человеком. Автор отмечает вежливое, но решительное самоотстранение героя от деревенских соседей, людей, ему совершенно чужих, и одновременно терпимость и снисходительность Онегина к Ленскому:
Он охладительное слово
В устах старался удержать
И думал: глупо мне мешать
Его минутному блаженству… (2, XV)
После первого объяснения Онегина и Татьяны в саду автор обращает внимание читателя на благородство героя:
Вы согласитесь, мой читатель.

Что очень мило поступил
С печальной Таней мой приятель;
Не в первый раз он тут явил
Души прямое благородство… (4, XVIII)
Когда Онегин после нескольких лет отсутствия снова появляется в Петербурге на балу, автор защищает его от злых нападок светской черни:
Зачем же так неблагосклонно
Вы отзываетесь о нем?
За то ль, что мы неугомонно
Хлопочем, судим обо всем,
Что пылких душ неосторожность
Самолюбивую ничтожность
Иль оскорбляет, иль смешит… (8, IX)
При этом за некоторые поступки автор решительно осуждает своего героя, например, за легкомысленное поведение на именинах Татьяны, а главное, за согласие на дуэль с Ленским:
Евгений,
Всем сердцем юношу любя,
Был должен показать себя
Не мячиком предрассуждений,
Не пылким мальчиком, бойцом,
Но мужем с честью и умом. (6, X)
В восьмой главе автор формулирует свое понимание характера Онегина и причин бесцельности его жизни: герою, как и другим молодым людям,
Несносно видеть пред собою
Одних обедов длинный ряд,
Глядеть на жизнь, как на обряд,
И вслед за чинною толпою
Идти, не разделяя с ней
Ни общих мнений, ни страстей. (8, XI)
Здесь уже нет ни насмешки, ни иронии. Вывод из этих строк – идея романа: Онегина не удовлетворяет привычная жизнь окружающих дворян с приземленными интересами (обеды, деньги, чины), он сохраняет в душе благородные мечты молодости, но никак не может найти новые цели, ради которых стоило бы жить и работать.
К Татьяне автор относится с нежностью и симпатией. Он полностью оправдывает ее смелый поступок – первой признаться в любви:
За что ж виновнее Татьяна?
За то ль, что в милой простоте
Она не ведает обмана
И верит избранной мечте? (3, XXIV)
Автор сочувствует мечтательной барышне, когда она все более влюбляется в придуманный ею образ:

Татьяна, милая Татьяна!
С тобой теперь я слезы лью;
Ты в руки модного тирана
Уж отдала судьбу свою… (3, XV)
Автор – третий главный герой романа – отличается от Онегина тем, что, начав жизнь так же, как заглавный герой, с увлечения и разочарования светской жизнью, в той же самой общественной ситуации сумел найти применение своим талантам, стал сочинителем (дворянским интеллигентом) и отдается творчеству всей душой:
Прошла любовь, явилась муза,
И прояснился темный ум.
Свободен, вновь ищу союза
Волшебных звуков, чувств и дум… (1, LIХ)
На страницах романа складывается совершенно конкретный, очень обаятельный образ поэта: “обращения его к самому себе исполнены необыкновенной грации, задушевности, чувства, ума, остроты; личность поэта в них является такою любящею, такою гуманною” (В. Г. Белинский “Сочинения А. Пушкина”, статья 9). Поэт в романе имеет собственную жизненную и творческую биографию, которая знакома читателю “Онегина”: автор сочинил уже поэму “Руслан и Людмила” (“Друзья Людмилы и Руслана!

С героем моего романа…” 1,II), воспел “деву гор” (черкешенку в поэме “Кавказский пленник”), изобразил “пленниц берегов Салгира” (жен хана Гирея в поэме “Бахчисарайский фонтан”); у него есть “двоюродный брат Буянов” (5, XXVI) – герой шуточной поэмы Василия Львовича Пушкина, дяди А. С. Пушкина. Среди его друзей известные поэты: Н. М. Языков, Е. А. Баратынский, П. А. Вяземский. Он знает не понаслышке, как Онегин, а основательно произведения русских и европейских писателей, о чем свидетельствуют его остроумные замечания о И. Б. Княжнине, В. А. Озерове, А. А. Шаховском, Д. И. Фонвизине, П. А. Катенине, об П. Овидии, Ф. Петрарке, Вольтере, Ж.-Ж.

Руссо, С. Ричардсоне, Дж. Г. Байроне и т. д. Вот в чем разница между автором и Евгением, который тоже пробовал сочинять:
Зевая, за перо взялся,
Хотел писать – но труд упорный
Ему был тошен; ничего
Не вышло из пера его… (1, ХLIII)
Итак, жанр “Евгения Онегина” – “роман в стихах” – предполагает многочисленные лирические отступления, которые ничего не добавляют к сюжетному действию. Однако лирические отступления являются неотъемлемой частью пушкинского романа, так как создают “портрет эпохи” (“энциклопедию русской жизни”, по меткому выражению В. Г. Белинского) и помогают выразить главную идею – охарактеризовать заглавного героя как человека умного, порядочного, но чрезвычайно эгоистичного и не умеющего заняться чем-нибудь серьезно. Образ автора, раскрывающийся в лирических отступлениях, показывает, что другие молодые дворяне, живущие рядом с Онегиным, сумели найти себе достойную цель в жизни.

Поэтому судьбу Онегина можно назвать только драматичной, но не трагичной.
О главном герое следует говорить не как о замечательном, выдающемся человеке своего времени, но только как о типичном представителе определенной (одной из многих) группы дворянской молодежи. Ведь в это же время в России жили дворянские революционеры – будущие декабристы – и люди более умеренных общественных взглядов (А. М. Горчаков, А. С. Грибоедов, П. Я. Чаадаев, наконец, сам А. С. Пушкин), которые не мучились своей ненужностью, а честно, хотя и по-разному служили Отечеству и справедливо считали эту службу достойным делом.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (1 votes, average: 5.00 out of 5)
Loading...

Образ автора в романе “Евгений Онегин” Пушкина А. С