Мольер: он не сразу стал знаменитым



Он не сразу стал знаменитым Мольером. Мольер – сценическое имя, которое избрал двадцатилетний Жан Батист Поклен, когда наперекор родительской воле сделался актером. Он родился в 1622 г., в Париже.

Отец его, придворный обойщик Поклен, надеялся, что первенец вместе с именем унаследует его ремесло и звание, но все получилось по-другому. Может быть, еще в отрочестве Жан Батист стал втихомолку мечтать о сцене. Вместе с дедом он ходил на представления в Бургундский отель и с трепетом слушал тирады величавых героев, драпировавшихся в античные тоги.

И ему самому хотелось стать таким героем. Но, вероятно, не меньше, чем высокие трагедии, нравились ему простонародные фарсы, разыгрывавшиеся на парижских площадях. Сыпались звонкие пощечины, сметливый простолюдин оставлял в дураках жадного попа и важного барина, неслись над толпой хлесткие, вольные шутки скоморохов.

До поры до времени Жан Батист никому не признавался в своей склонности к театру, но заявил отцу, что обойщиком быть не хочет. Отец отдал его учиться в Клермонский коллеж. Это было одно из лучших учебных заведений во Франции

того времени. Жан Батист изучал латынь и греческий, увлекался философией.

Он самостоятельно перевел на французский язык поэму древнеримского поэта Лукреция “О природе вещей”.

В книгах юноша искал ответы на волновавшие его вопросы. Какие законы управляют жизнью людей? Где и в чем искать мерило добродетели и справедливости?.

Мольеру посчастливилось: в руки ему попались книги замечательного мыслителя Пьера Гассендй (1592-1655). Ученый и философ, физик и астроном, Гассендй боролся против иссушавшей умы средневековой схоластики. Основу знаний о мире и человеке он видел в опыте и наблюдении, в показаниях человеческих чувств.

Основы нравственности и красоты он искал в самой природе. Человек не должен подавлять естественные склонности, но разумно управлять ими, учил Гассенди. И Мольер воспринял его учение. Окончив коллеж, юный Поклен занялся юриспруденцией, сдал при университете экзамен на звание лиценциата прав; мог стать адвокатом, но… пошел в актеры.

11о-рвал с прошлым, с семейными традициями, наотрез отказавшись и от наследственного звания придворного обойщика, и от карьеры юриста. Отец все же дал юноше на обзаведение несколько сотен ливров, втайне надеясь, что он еще “образумится”.)

‘Вместе с друзьями молодой Поклен основал в Париже театр, Труппа состояла из десяти человек, и трое из них были из семьи Бежаров. (Уже тогда он подружился с рыжеволосой Мадленой, сестренке ее Арманде в ту пору был всего один год.) “Они назвали свой театр “Блистательным”, но, увы, блистать им не пришлось: у них не было ни опыта, ни репертуара. Могла ли бедная, безвестная труппа тягаться с Бургундским отелем? Актеры Блистательного театра играли при полупустом зале, и Жан Батист, который принял тогда имя Мольера, не раз был освистан и обстрелян гнилыми яблоками и капустными кочерыжками./Он выступал в ролях трагических героев, но ни его наружность, ни манера игры не отвечали принятым тогда образцам.

Большая голова, тонкие ноги. Спина сутулится, и нос отнюдь не античных очертаний. И голос глуховат, и декламация недостаточно возвышенна и раскатиста. Нет, публика его не хотела признавать.

Это было обидно, но еще больнее было то, что театр, на который молодые основатели его возлагали столько надежд, на глазах распадался. Труппа прогорала. Мольеру не раз пришлось отсиживаться за долги в тюрьме Шатле.

Но Мольер не отступил. Вместе с Бежарами он сколотил новую труппу. В Париже нечего было надеяться на успех, и они отправились странствовать по городам и селениям Франции. Бродячая жизнь труппы продолжалась тринадцать лет.

В первые годы скитаний касса их нередко пустовала, приходилось туже затягивать пояса. Дела поправились, когда от трагедий труппа перешла к комедиям. В комедии Мольер нашел себя как актер.

Теперь зрители уже не свистали, а рукоплескали.

Чтобы пополнить репертуар своего бродячего театр а, Мольер сам начал писать пьесы. Сначала это были сценарии без закрепленного текста,” рассчитанные на широкую актерскую импровизацию. Сюжеты Мольер брал из народных фарсов, из устных повестушек.

Таких комедий он написал много: “Летающий лекарь”, “Влюбленный доктор”, “Вязальщик хвороста”, “Горжибюс в мешке”. Постепенно от импровизированных пьес он перешел к литературным. Комедии “Сумасброд” и “Любовная досада” были написаны в стихах, и стихи эти отличались такой свежестью, естественностью и живостью, а пьесы были полны такого непринужденного веселья, что спектакли проходили с триумфом.

Слава труппы росла, слух о ней дошел до Парижа. 24 октября 1658 г. труппа Мольера выступила в Луврском дворце перед молодым королем Людовиком XIV и его придворными. Сюда были приглашены и актеры Бургундского отеля.

Мольер и его соратники не оробели перед искушенными зрителями. Сначала они сыграли трагедию Корнеля “Никомед”. Аплодисменты были жидковаты. Но настроение в зале переменилось во время представления второй пьесы – “Влюбленный доктор”, даже соперники из Бургундского отеля не могли удержаться от смеха.

Веселый фарс был исполнен с блестящим мастерством. Король остался доволен, он похохотал вволю. Труппу решено было оставить в Париже и отвести ей помещение в театре Пти Бурбон.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...

Мольер: он не сразу стал знаменитым