Литературная карьера Бальмонта



Константин Дмитриевич Бальмонт родился в 1867 г. в поместье своего отца недалеко от Иваново-Вознесенска – “русского Манчестера”. Он считал, что его семья – выходцы из Шотландии. Сначала Бальмонта по политическим мотивам исключили из гимназии, потом из Московского университета.

Все-таки ему удалось получить диплом юриста в Ярославле. Там в 1890 г. он напечатал первую книгу стихов – совершенно незначительную и не обратившую на себя никакого внимания.

По-настоящему литературная карьера Бальмонта начинается с публикации сборника

Под северным небом в 1894 г. В девяностых годах Бальмонта считали самым многообещающим из “декадентов”, и журналы, претендовавшие на “современность”, охотно открывали ему свои страницы. Бальмонт продолжал печатать поэтические сборники, лучшие его стихи вошли в сборники Горящие здания (1900) и Будем как солнце (1903). После них талант его быстро стал клониться к закату, и хотя он продолжал выпускать по сборнику в год, все, что появилось после 1905 г., ценности не представляет. В 1890-х гг. он забыл о своих гимназических революционных настроениях и, как и прочие символисты, был на удивление “негражданственным”,
но в 1905 г. вступил в партию С.-Д. и выпустил сборник тенденциозных и крикливых партийных стихов Песни мстителя.

Однако в 1917 г. Бальмонт занял твердую антибольшевистскую позицию и в конце концов эмигрировал. Сейчас он живет во Франции. Он успел много попутешествовать и видел много экзотических стран, в том числе Мексику и острова Южных морей.

Написал Бальмонт очень много. Но большую часть им написанного можно смело откинуть за ненадобностью, в том числе все стихи после 1905 г., большинство его многочисленных переводов (полный метрический перевод Шелли особенно плох; Эдгар По, напротив, вполне приемлем) и всю без исключения прозу – наиболее вялую, напыщенную и бессмысленную в русской литературе. В пантеоне подлинных поэтов он останется шестью стихотворными сборниками, опубликованными с 1894 по 1904 г. Даже в этих книгах он очень неровен, потому что, хотя у него в ту пору был настоящий песенный дар, он никогда не умел работать над стихом, а только пел, как птичка. Но у него было острое чувство формы, которая играет в его стихах важную роль, потому что главное в них звук и напев.

В 1890-х и в начале 1900-х гг. читатели были поражены богатством его ритмов и вокальным узором, который казался даже излишним, смущающим, а для уха радикальных пуритан – безнравственным. В русской поэзии такое пиршество звука было новшеством; элементы его были заимствованы (без рабского подражания) у Эдгара По и у Шелли, автора Облака, Индийской серенады и К ночи.

Только Бальмонт менее точен и математичен, чем По, и бесконечно менее тонок, чем Шелли. Успех бросился ему в голову, и сборник Будем как солнце переполнен восклицаниями типа: “Я – изысканность русской медлительной речи”. Такая нескромность не совсем безосновательна, так как по звуку Бальмонт действительно превзошел всех русских поэтов. Но его стихам не хватает именно изысканности.

Они удивительно лишены оттенков и “окончательной отделки”. У Бальмонта был достаточно широкий диапазон чувств: от смелого Fortissimo наиболее характерных стихов из Будем как солнце до нежных, приглушенных тонов Былинок и Сонной одури, но каждый раз чувство получается у него простым, монотонным, однообразным. Еще один серьезный недостаток поэзии Бальмонта, – присущий также Брюсову, – полное отсутствие чувства русского языка, что, видимо, объясняется западническим характером его поэзии. Стихи его звучат как иностранные.

Даже лучшие звучат как переводы. Многие стихи Бальмонта были переведены на английский – переводить их легко. Особенно хороши переводы П. Сельвера в книге Modern Russian Poets (Современные русские поэты).

О стиле Бальмонта можно получить полное представление по хорошо известному, знакомому (для многих русских) стихотворению Камыши.

КАМЫШИ

– Полночной порою в болотной глуши

– Чуть слышно, бесшумно шуршат камыши;

– О чем они шепчут? О чем говорят?

– Зачем огоньки между ними горят?

– Мелькают, мигают, – и снова их нет,

– И снова забрезжил блуждающий свет.

– Полночной порой камыши шелестят.

– В них жабы гнездятся, в них змеи свистят.

– В болоте дрожит умирающий лик.

– То месяц багровый печально поник.

– И тиной запахло. И сырость ползет…

– Трясина заманит, сожмет, засосет.

– “Кого? Для чего? – камыши говорят –

– Зачем огоньки между нами горят?”

– Но месяц печальный безмолвно поник.

– Не знает. Склоняет все ниже свой лик.

– И, вздох повторяя погибшей души,

– Тоскливо, бесшумно шуршат камыши.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...

Литературная карьера Бальмонта