Краткое изложение пьесы Розова «Гнездо глухаря»

Пьесу «Гнездо глухаря» Розов назвал «семейными сценами», однако социальная чуткость автора выводит ее за рамки камерного психологического произведения. Здесь перед нами «во всей красе» предстают уже два поколения «хозяев жизни» — Степан Судаков и его зять Егор Ясюнин. Первый, бывший фронтовик и в общем неплохой человек, став большим начальником, быстро растерял по пути к заветному чиновничьему креслу былую искренность и сострадание. Да и какие там чужие беды, когда Судаков давно уже не «слышит», да и не хочет «слышать» проблем и несчастий своих домашних — жены, дочери, сына-девятиклассника. «Не засоряйте мне голову всякими мелочами…

Меня нет, я отдыхаю», — часто повторяет он, когда близкие люди обращаются к нему за помощью и сочувствием. Он действительно устал и искренне считает, что сделал для семьи все необходимое и даже больше: добился роскошной шестикомнатной квартиры, украсив ее коллекцией книг, икон и «всякой всячиной» из разных стран. И теперь, по его глубокому убеждению, все обитатели «гнезда» просто обязаны быть счастливыми: «Уж какие я им условия создал.

Другие на их месте с утра до вечера танцевали бы».

Фигура главного героя пьесы по-своему драматична. Много лет он обманывал сам себя, убеждал всех и вся в прочности своего семейного «гнезда», видя в этой прочности нравственное оправдание своей чиновничьей карьеры. И когда в финале его «гнездо» рушится как карточный домик от подступивших со всех сторон сложностей жизни, этот крах становится и личным крушением для Судакова. Если главный герой еще может заслуживать авторского снисхождения и даже сочувствия, то представитель младшего поколения «хозяев» Егор Ясюнин — существо абсолютно беспринципное и вызывает у драматурга нескрываемую ненависть. «Сильная натура, человек без нервов» — так характеризует Ясюнина его несчастная жена Искра.

Все в своей жизни он делает сознательно, с далеко идущими намерениями и в то же время вполне конкретной, прагматичной целью. Так он женился когда-то на Искре, рассчитывая утвердиться в Москве. Так теперь этот бойкий провинциал мечтает оставить жену и заняться новой жертвой — молоденькой Ариадной, дочерью еще более высокого начальника.

А там, со временем, ему, может быть, и удастся потеснить своего нынешнего тестя, убрать с дороги это теперь уже ненужное «старье». Для такого «хозяина жизни» не существует никаких нравственных принципов — ни «десяти заповедей», ни «морального кодекса строителя коммунизма». «Только абсолютное отсутствие условностей может сделать личность выдающейся», — заявляет он. И мы понимаем, что не иронично, а вполне серьезно Искра предупреждает свою молодую соперницу: «Вы не боитесь Егора, Ариадна? «…» Вы не будете любить цветы, вы перестанете слушать музыку, у вас не будет детей никогда.

Он растопчет вас, вытрет о вас ноги и перешагнет».

Самое страшное, что эти удачливые, благополучные, но холодные и жестокие типы рождаются именно «под крылышком» «глухарей» вроде Степана Судакова и с их легкой руки, с их протекции выходят в жизнь. Эту опасную общественную тенденцию уловили в конце 1970-х — начале 1980-х годов многие авторы. «Смотрите, кто пришел!» — так недоуменно, но вместе с тем жестко и справедливо назовет вскоре свою пьесу драматург В. Арро.

Пьеса имеет открытый финал : сможет ли герой переболеть всем, что произошло в семье, или его слова о невозможности жить сбудутся? Драматург оставляет вопрос о дальнейшей судьбе своего молодого героя без ответа, предоставляя читателю и зрителю самим выбрать тот или иной вариант.