Карл Штернхейм

Об усилении критического отношения к господствующей общественной системе свидетельствует творчество Карла Штернхейма (1878-1942) в период с 1910 по 1920 годы. После довольно слабого “неоромантического” дебюта он привлек к себе внимание своей комедией “Панталоны”, первой пьесой из трилогии под ироническим названием “Из героической жизни бюргера”. В немецкой драматургии до этих пор, пожалуй, не было столь художественно яркого произведения, которое вместе с тем своим социально-критическим содержанием предъявляло столь всеобъемлющий счет германскому империализму.

Штернхейм пошел тем же путем, что и Т. Манн: социальные и политические интересы общества – вот тот рычаг, который приводит в движение действие пьес Штернхейма. Да и способ сатирического разоблачения у обоих авторов вполне сходен, хотя сатира Штернхейма имеет драматургическую природу и целиком заключена в фабуле пьес. В самих репликах вроде бы и не скрыт пафос возмущения, автор беспристрастен в характеристике своих персонажей, которые разоблачают себя сами обычностью своих поступков и взглядов.

Есть даже совпадение некоторых биографических моментов у Штернхейма и Т. Манна, предопределивших их критическое умонастроение. Отец Штерн-хейма был ганноверским банкиром и владельцем газет. Сын рос в богатой семье крупного буржуа. У него была возможность спокойно учиться и даже издавать собственный журнал (“Гиперион”, 1903).

Он жил и работал в прекраснейших уголках Германии и Европы.

Благодаря своему происхождению Штернхейм разбирался в экономике и большой политике, что нашло отражение в его произведениях. Правда, он презирал все общество в целом. В одной из работ, где он излагал философские принципы своего драматургического цикла, Штернхейм назвал это общество “Juste milieu” (“Берлин, или Золотая середина”, 1920).

Оно включает в себя, по словам Штернхейма, ныне все – “от левого крыла консерваторов до правого крыла коммунистов… и вне его оказались лишь древнефеодальная голубая кровь да Коммунистическая рабочая партия Германии…” Кроме этих 95 процентов, Штернхейму виделось лишь небольшое количество “решившихся на независимость индивидуумов”, которым присущи “мужество человеческой первобытности”, “всемогуще-живая, жестокая, свежая жизнеспособность”, то есть это были “свободные субъекты”, личности, как и он сам.

Этот крайний индивидуализм, возведенный до уровня мировоззрения, отличал Штернхейма от Т. Манна, у которого критика современности базировалась на его демократических идеалах. С позиций абсолютного отрицания Штернхейм смог подвергнуть неподкупному анализу довоенную эпоху, однако проблемы послевоенного времени уже не поддавались критическому осмыслению с подобных позиций. В 20-е годы творчество Штернхейма утратило свою значимость и энергетический заряд.

Штернхейм умер одиноким и почти забытым эмигрантом в Брюсселе.

Темой Штернхейма была “ожесточенная финальная схватка противоборствующих классов”. Действительно, в пьесах “Сноб” и “Год 1913” на сцене впервые была показана борьба монополий за власть. Хотя персонажи пьес говорили в них неестественно сухим, обезличенным языком телеграмм, все же Штернхейму удалось выявить характер своих героев, обнаружить социальную и экономическую мотивацию их поступков.

В “буржуазной комедии” “Панталоны” (1911) рассказывается, как пишет Штернхейм в своем предисловии, о том, как некая “дама теряет панталоны, и ни о чем ином, кроме этого банального факта, не говорят со сцены на сухом немецком языке”.

Луиза, миловидная супруга мелкого прусского чиновника Теобальда Маске, теряет на оживленной берлинской улице панталоны, чем приводит мужа в гнев, так как он ожидает от этого события множество неприятностей. Комичность происшествия заключается в том, что последствия оказываются совсем иными. Любопытные очевидцы проникают в дом супругов, где Маске превращает их в весьма выгодных квартирантов. Один из квартирантов – дворянин Скар-рон – пишет стихи, другой – парикмахер Мандельштамм – любит пофилософствовать.

Их попытки соблазнить Луизу оканчиваются неудачей, несмотря на ее благосклонность. Виною тому отчасти немощность обоих мужчин, отчасти непрестанное желание “просветить слабоумного Маске”, из-за чего то и дело разгораются бессмысленные дискуссии. Однако Маске не дает сбить себя с толку. В конце концов он остается победителем, “великаном” (именно так Штернхейм первоначально и хотел назвать свою пьесу).

Ему удается скопить приличную сумму денег, и он мечтает обзавестись наследником. Смешным оказывается общество, в котором неотразимы типажи, подобные Маске.

Восхождению династии Маске посвящены последующие пьесы цикла. В комедии “Сноб” (1914) сын мелкого буржуа Маске намеревается стать генеральным директором концерна.

Успех Кристиана был бы несомненным, если бы состоялся его брак с девушкой из аристократической семьи, дочерью председателя наблюдательного совета. Кристиан хладнокровно порывает с прежней любовницей и с родителями, выплачивая им “отступные”, причем Теобальд, отец Кристиана, считает это правильным, а потому старается повысить сумму отступных; наконец Кристиану удается внушить своей будущей жене, что он является внебрачным сыном от связи матери с французским дворянином: бюргер может стать героем лишь в том случае, если он сумеет отказаться от всех норм бюргерской морали.

Пьеса “Год 1913” (1915) – последняя в трилогии о Маске – несет в себе предчувствие близящихся исторических перемен. Ключевая мысль пьесы: “если общественная система достигла своего апогея, значит, она находится в преддверии перемен”. Не случайно Штернхейм назвал эту пьесу уже не комедией, а драмой.

Она повествует о последней схватке в семье Маске, когда идет борьба за господство над миром, но зато близок и конец этого господства.

Семидесятилетний барон Кристиан Маске фон Буков, состояние которого оценивается в 128 миллионов, ведет конкурентную борьбу со своей дочерью. Спор идет о поставках крупных партий оружия: монополии готовят войну. Благодаря искусной интриге старому Маске удается одержать победу. Однако он умирает в миг своего триумфа.

Но не только эта интрига движет сюжет к развязке, к “преддверию” исторических перемен. Штернхейм пробовал показать в своей пьесе противника старого времени. Личный секретарь Кристиана Маске оказывается тайным предводителем молодых романтиков-бунтарей. Правда, за его псевдореволюционными фразами кроются лишь честолюбивые планы пробраться в династию Маске.

Соратник предводителя Фридрих Штадлер отмежевывается от него. Симпатии автора на стороне Штадлера, именно он представляется носителем новых моральных начал.

К циклу пьес “Из героической жизни бюргера” примыкают драмы “Шкатулка” (1912), “Бюргер Шиппель” (1914) и “Tabula Rasa” (1916). Вскоре после войны Штернхейм продолжил критику империалистической эры в прозаических произведениях – сборнике новелл “Хроника начала XX века” (двухтомное издание, 1918, расширенное трехтомное издание, 1926-1928) и романе “Европа” (1919).



Карл Штернхейм