Как работать со стихотворной пародией



При изучении лирики Афанасия Фета в 10-м классе мы часто обращаемся к пародии, так как именно этот жанр использовался представителями “некрасовского” направления для борьбы с поэтами “чистого искусства”. Одним из самых остроумных пародистов своего времени был Дмитрий Минаев (1835-1889), названный “королем рифмы”. Его можно было бы назвать и королем эпиграммы или каламбура. Минаев брал под обстрел и идейные тенденции, и эстетические принципы, и литературную манеру своих противников.

Предлагаем несколько вариантов работы с пародиями

Минаева на произведения Фета.

1-й вариант

Как известно, больше всего досталось от пародистов стихотворению “Шепот, робкое дыханье…”, которое “вызвало неописуемую читательскую и критическую бурю” (Л. А. Озеров).

Шепот, робкое дыханье,
Трели соловья,
Серебро и колыханье
Сонного ручья,

Свет ночной, ночные тени,
Тени без конца,
Ряд волшебных изменений
Милого лица,
В дымных тучках пурпур розы,
Отблеск янтаря,
И лобзания, и слезы,
И заря, заря!..

1850

Д. Д. Минаев написал две пародии на это стихо­творение.

Холод, грязные селенья,
Лужи и туман,

/> Крепостное разрушенье,
Говор поселян.
От дворовых нет поклона,
Шапки набекрень,
И работника Семена
Плутовство и лень.
На полях чужие гуси,
Дерзость гусенят,
Посрамленье, гибель Руси,
И разврат, разврат!..

Топот, радостное ржанье,
Стройный эскадрон,
Трель горниста, полыханье
Веющих знамен.
Амуниция в порядке,
Отблеск серебра, –
И марш-марш во все лопатки,
И ура, ура!..

Как вы относитесь к этим пародиям? Какое впечатление они произвели на вас?
Чем, на ваш взгляд, было вызвано такое издевательское отношение к одному из лучших стихо­творений А. Фета?
Насколько мастерски сумел пародист сымитировать поэтическую манеру Фета?
Попробуйте сами написать пародийное стихо­творение, передав особенности стиля Фета.
Как вы определите жанр стихотворения, написанного неизвестным автором – современником Фета: как пародию или пародийный перифраз? Как отразилась эпоха в этом произведении?

Для справки:

Пародия (греч. parodia – перепев, пение наизнанку): 1) жанр сатирической литературы – имитация, утрировка, карикатурное подчеркивание особенностей индивидуальной манеры, стиля писателя; 2) подражание, искажающее образец.

Перифраз (а) (греч. рaraphrasis – пересказ): стилистический прием – замена слова или словосочетания описательным оборотом речи, в котором указаны признаки этого предмета (царь зверей, туманный Альбион, творец Макбета).

Пародийный перифраз – использование формы популярного литературного произведения с резко противоположным содержанием (4-я глава поэмы В. В. Маяковского “Хорошо!”).

Шепот, грозное бряцанье
Сабель, звуки шпор,
Обыск, тягость ожиданья,
Тихий разговор;
Свет ночной – поодаль тени Матери, отца –
Смена быстрых выражений
Бледного лица;
В вечность канувшие грезы,
Бед в грядущем тьма,
И прощания, и слезы,
И тюрьма, тюрьма!..

2-й вариант

Сравните стихотворения Фета и пародии на них Минаева. Как пародист передает авторскую манеру Фета?

Чудная картина,
Как ты мне родна:
Белая равнина
Полная луна,

Свет небес высоких,
И блестящий снег,
И саней далеких
Одинокий бег.

Тихая звездная ночь,
Трепетно светит луна;
Сладки уста красоты
В тихую звездную ночь.

Друг мой! в сиянье ночном
Как мне печаль превозмочь?..
Ты же светла, как любовь,
В тихую, звездную ночь.

Друг мой, я звезды люблю –
И от печали не прочь…
Ты же еще мне милей
В тихую, звездную ночь.

Чудная картина!
Грезы всюду льнут:
Грезит кустик тмина,
Грезит сонный пруд,
Грезит георгина,
Даже, как поэт,
Грезит у камина
Афанасий Фет.
Грезит он, что в руки
Звук поймал, – и вот
Он верхом на звуке
В воздухе плывет.
Птицы ж щебетали:
– Спой-ка нам куплет
О “звенящей дали”,
Афанасий Фет.

Тихая звездная ночь.
Друг мой, чего я хочу?
Сладки в сметане грибы
В тихую звездную ночь.

Друг мой, тебя я люблю,
Чем же мне горю помочь?
Будем играть в дурачка
В тихую звездную ночь.

Друг мой! Умен я всегда,
Днем я – от смысла не прочь.
Лезет в меня ерунда
В теплую звездную ночь.

3-й вариант

1. Сравните два стихотворения. Докажите, что одно из них является оригиналом (какое именно?), а другое – пародией.
2. Почему именно на стихи Фета так часто “покушались” пародисты?

Тихий вечер навевает
Грезы наяву,
Соловей не умолкает…
Вот чем я живу.
Месяц льет потоки света…
Сел я на траву, –
Огоньки сверкают где-то…
Вот чем я живу.
В летний день, в затишье сада,
Милую зову,
Поджидаю в поле стадо…
Вот чем я живу.

Тихо вечер догорает,
Горы золотя;
Знойный воздух холодает, –
Спи, мое дитя.

Соловьи давно запели,
Сумрак возвестя;
Струны робко зазвенели, –
Спи, мое дитя.

Смотрят ангельские очи,
Трепетно светя;
Так легко дыханье ночи, –
Спи, мое дитя.

Урок в 11-м классе о творчестве О. Э. Мандельштама (да простят меня его поклонники!) начинаем с разговора о незнакомом стихотворении и просим учеников поделиться впечатлениями об особенностях художественного мира автора.

Я родился на ионийском бреге
И эолийским шорохам внимал,
Я упражнялся в марафонском беге
И под истмийской кровлей отдыхал.
Еще в дорийской я мечтал отчизне
Сразить лабиринтийского быка,
Чтоб на заре какой-то новой жизни
Академийского вкусить пайка.

Учащиеся говорят о сложности этого произведения, об изобилии непонятных слов, об интересе поэта к миру античности. Выражения “лабиринтийский бык” (Минотавр) и “марафонский” понятны ребятам. Разбираемся в том, что обозначают слова “ионийский”, “дорийский”, “эолийский” (ионийцы, дорийцы и эолийцы – древнегреческие племена); “истмийский” (истмийские игры – общегреческие праздники в Древней Греции, посвященные Посейдону).

Кроме этого, ученики замечают активную позицию лирического героя (об этом говорит анафора первого четверостишья), комфортно ощущающего себя в любом времени, в любой эпохе. Правда, настораживает учеников слово “паек”, о котором они говорят, что оно “слишком приземленное, обыденное” и “лишнее” среди высокой лексики стихотворения (внимал, брег, отчизна).

Вот тогда и можно сказать ученикам о том, что это стихотворение – пародия на лирику Мандельштама. После этого начинаем серьезный разговор о его творчестве и трагической судьбе.

Людмила ЗОЛОТОРЕВА

В десятом классе мы обращаемся к пародии при изучении поэзии Афанасия Фета. В данном случае использование пародий на конкретное стихотворение помогает нам лучше увидеть особенности исходного текста – стихотворения “Шепот, робкое дыханье…”.

После чтения стихотворения говорим учащимся о том, что оно вызвало очень бурную реакцию современников и стало в представлении читателей и критиков самым “фетовским” стихотворением, своего рода “визитной карточкой” поэта. При этом восприятие его было весьма неодинаковым и не всегда одобрительным. Появилось множество пародий.

Познакомим учащихся с тремя из них (пародию Д. Д. Минаева “Холод, грязные селенья” см. во фрагменте Л. А. Золоторевой. – Прим. ред.).

Вечер. В комнате уютной
Кроткий полусвет.
И она, мой гость минутный…
Ласки и привет;
Абрис миленькой головки,
Страстных взоров блеск,
Распускаемой шнуровки
Судорожный треск…
Сладострастные объятья,
Поцелуй немой, –
И стоящий над кроватью
Месяц золотой…

(Николай Добролюбов)

Звуки музыки и трели, –
Трели соловья,
И под липами густыми
И она, и я.
И она, и я, и трели,
Небо и луна,
Трели, и она, и небо,
Небо и она.

(Николай Вормс)

Предложим ученикам подумать над вопросами: Что видел в стихотворении Фета каждый из пародистов? Что осуждал? Чего они не заметили, что “передернули”, исказили?

Все пародии вызывают живую реакцию и смех учеников. Они кажутся им смешными, узнаваемыми, удачно копирующими характерные черты формы стихотворения Фета, однако несправедливыми по сути.

Гораций и Фет. Карикатура Н. А. Степанова. 1857 г.

Десятиклассники говорят о том, что Н. А. Добролюбов увидел в стихотворении Фета лишь его чувственное содержание и, как они выражаются, “опошлил” его. В самом же Фете, по мнению учеников, нет пошлости, хотя он очевидно эротичен во многих своих стихотворениях. Но эта эротика высокая, чаще всего находящая выражение в слиянии человеческого существования с жизнью природы.

Фет создает в своих стихах одновременно чувственную и романтическую атмосферу, в которой земное и небесное едины, а бытовая деталь как таковая если и может присутствовать, то становится “облагороженной” (у Фета может быть “постель”, но не “кровать”, “лобзания”, а не “сладострастные объятья”).

Николай Вормс интерпретирует стихотворение Фета как текст, лишенный смысла. Его пародия – образец бессмыслицы. Пародист использует излюбленные Фетом приемы повторов и вариаций, ключевые для поэта слова (“трели соловья”, “липы густые”, “небо”, “луна”), которые от повторения в разных сочетаниях и без всякой организующей идеи становятся набором штампов.

Однако перечисление слов в стихотворении Фета отнюдь не бессмысленно. Стихотворение представляет собой одно назывное предложение, но в нем есть движение нарастающего света и нарастающего чувства: от ночи – к утру, от робкого зарождения любви – с порыву страсти. Эти две линии – жизни природы и жизни сердца – сливаются в конце в восклицании: “И заря, заря!”

И, наконец, пародия Минаева явно рождена несогласием пародиста с общественной и эстетической позицией Фета, поэта “чистого искусства”, равнодушного к общественным проблемам и как бы не замечающего “некрасивых”, несправедливых сторон действительности, которые не проникают в его поэзию. Это и насмешка над Фетом – помещиком, автором очерков, обличавших пореформенные порядки на селе с позиций землевладельца.

После этого рассмотрим внимательнее исходный текст, опираясь на следующие вопросы, если они уже не были разрешены в процессе обсуждения пародий.

– Какое чувство передает читателю это стихотворение?

– В чем необычность его синтаксиса?

– Есть ли в нем действие?

– Некоторые критики говорили, что его можно читать задом наперед, от конца к началу. Так ли это? Есть ли логическая связь между картинами?

– Как переданы изменения в природе и в душе человека? Отношения между влюбленными?

– Какое содержание доносит это стихотворение?

Пародийный текст может использоваться на уроке и как средство контроля, когда учащимся необходимо определить, чей стиль пародируется, и достаточно аргументированно мотивировать свой выбор.

Например, в контрольной работе, подводящей итог изучению трех направлений русского модернизма в одиннадцатом классе, мы использовали стихотворение Владимира Соловьева из его пародий на стихи русских символистов.

Горизонты вертикальные
В шоколадных небесах,
Как мечты полузеркальные
В лавровишневых лесах.
Призрак льдины огнедышащей
В ярком сумраке погас,
И стоит меня не слышащий
Гиацинтовый пегас.
Мандрагоры имманентные
Зашуршали в камышах,
А шершаво-декадентные
Вирши в вянущих ушах.

Текст сопровождался вопросами: Пародией на стихи какого направления является это стихо­творение? Почему вы так думаете? Какие черты пародируются?

Учащиеся должны были увидеть ключевые для символистов образы “мечты”, “небес”, “сумрака”; непонятность, бессмысленность текста, рождаемую употреблением неизвестных “непосвященным” и не сочетающихся друг с другом слов (“мандрагоры имманентные”), обилием оксюморонов, придающих ему парадоксальность; его недоступность однозначному толкованию, нарочитую затемненность и зашифрованность.

Старшеклассники могут и сами создавать пародии или тексты-стилизации при завершении изучения той или иной темы. Контрольной предшествовал театрализованный урок-диспут, на котором учащиеся, разделенные на три группы, должны были доказать превосходство одного из основных направлений модернизма. В конце урока они получили задание за десять минут сочинить стихотворение о бабочке в духе “своего” направления.

Вот что написали, например, “символисты”.

Ты раскрылась безмолвной весной,
И, влетая в туннель ночи,
Ты увидела пламя свечи.
Вдруг загадочной красотой
Погасила крылом кумачи,
Взглядом крикнула тихо: “Молчи!”,
Обратившись навеки свечой.
Слезы капали воском: “Кричи!”…

За исключением неудачного употребления двух слов, стилистически неуместных в символистском тексте, это стихотворение кажется нам вполне удачной стилизацией.

Таким образом, стилизация и пародия на разных этапах изучения произведения помогают сконцентрировать внимание учащихся на самых существенных характерных его чертах.

Инна ШОЛПО

Людмила Золоторева,
Учитель русского языка и литературы лицея ;
Инна Шолпо,
Кандидат педагогических наук, доцент, преподаватель литературы, Санкт-Петербург

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (1 votes, average: 5.00 out of 5)
Loading...

Как работать со стихотворной пародией