Исторические данные для характеристики образа Генриха IV в хрониках Шекспира



В обеих частях “Генриха IV”, так же, как и в пьесах о Генрихе VI, король, именем которого названы хроники, не является главным героем. Но если в ранней трилогии вообще трудно отдать значительное предпочтение кому-либо из персонажей, то в “Генрихе IV” король как бы заслонен остальными главными персонажами: на это обстоятельство в весьма категоричной форме ука-зывает Л. Николл: “Самому королю, выполнившему свою драматическую миссию, намеренно позволяется стать фигурой заднего плана… Шекспир концентрирует свое внимание на контрастных

характерах принца Хэла, Фальстафа и Хотспера и посредством этих персонажей расширяет всю картину Англии”

Действительно, король, который в начале первой части показан серьезным и умным деятелем, постепенно принимает все меньшее участие в политических событиях. С Генрихом IV происходит примерно та же – только более детально разработанная и более плавная – эволюция, что и с королем Джоном. По мере приближения финала на первый план выдвигается моральная характеристика короля. Болезнь лишает Генриха физической мощи, а внутренняя борьба и угрызения совести – нравственных сил.

Но именно поэтому

индивидуальный портрет короля, весьма точно соответствующий историческому прототипу, особенно интересен как пример сочетания политической и моральной характеристики персонажа.

Биографические факты, известные о Генрихе IV, позволяют с достаточной полнотой воссоздать облик этого короля. Генрих IV родился в 1367 году в отцовском замке Болингброк. В возрасте двадцати лет он участвовал в попытке влиятельных феодалов ограничить власть короля и канцлера, сделав последнего в какой-то мере ответственным перед парламентом.

Этим молодой Болингброк навлек па себя недовольство Ричарда II, но в дальнейшем опять вошел в милость к королю. В последующие годы он совершил паломничество в Иерусалим, а в 1390 году участвовал в походе на Литву, где крестоносцы предприняли безуспешную осаду Вильнюса. Как сообщают хронисты, в результате похода было уничтожено несколько тысяч “врагов” и восемь человек обращено в христианскую веру2.

В конце 90-х годов Болингброк качал играть настолько видную роль при дворе, что Ричард поспешил изгнать его в 1398 году на 10 лет из Англии, воспользовавшись для этого сравнительно незначительным предлогом – ссорой Болингброка с герцогом Норфольком. В 1399 году Ричард конфисковал в пользу короны владения умершего Джона Гонта, одновременно объявив о пожизненном изгнании Болингброка.

В этот период ситуация в Англии складывалась не в пользу Ричарда. Если после восстания 1381 года король еще мог сплотить вокруг себя значительную часть аристократии, то в конце царствования позиции Ричарда были окончательно подорваны “безрассудной раздачей им земель короны и жестокостью, с которой Ричард подавлял малейшее противодействие своей власти. Изгнание Генриха Болингброка, сына Джона Гонта, и захват его поместий после смерти Гонта встревожили даже тех представителей знати, которые еще были настроены дружественно или нейтрально.

Купечество король оттолкнул от себя незаконными налогами и тем, что правительство не сумело приостановить пиратство”. При таком положении Генрих Болингброк, высадившийся с небольшим десантом в Англии в то время, как король находился в Ирландии, без труда низложил Ричарда II и короновался как Генрих IV.

Последующая деятельность характеризует Генриха IV как весьма осторожного, хитрого и умелого политика, активного дипломата, стремившегося опираться в своей государственной практике на поддержку палаты общин, которая при Генрихе IV получила много новых привилегий. Эта поддержка была ему необходима в постоянной борьбе с феодальной анархией. Кроме того, как подчеркивает Маркс, “Генрих использовал против баронов рыцарей графств”; социальную опору короля, помимо городов, составляло также мелкое рыцарство.

Стремление обуздать мятежных феодалов было основой внутренней политики Генриха IV и поглощало основную долю энергии и финансов короля, поэтому он не мог развернуть активной агрессивной внешней политики. Инициатива в Столетней войне в его царствование была на стороне французов, которые неоднократно тревожили Англию дерзкими налетами на прибрежные районы, захватывая добычу и пленных. Однако Генрих IV продолжал колонизацию Ирландии под предлогом усмирения ирландских “бунтовщиков”.

Еще более напряженно проходила колонизация Уэльса. На жестокости завоевателей-англичан валлийцы отвечали отчаянным сопротивлением. О том, что это сопротивление приняло всенародный характер, красноречиво свидетельствует адресованное Генриху IV письмо от 7 июля 1403 года некоего Джона Фэйрфорда, королевского чиновника в Бреконе.

В послании, между прочим, говорится: “Принимая также во внимание, мой благороднейший повелитель, если Вам это будет угодно, что вся уэльская нация убеждена вышеуказанными отрядами в восстании и добровольно соглашается с ними, как это открыто проявляется каждый день и нх поведении и в их сопротивлении Вам и всем тем, кто Вам верен, не угодно ли было бы Вашему королевскому величеству предписать окончательное уничтожение этой вероломной нации, ибо иначе все, кто Вам верен, находятся в здешних местах в большой опасности”5.

Указывая на такую исторически прогрессивную черту политики Генриха IV, как борьба с мятежными феодалами, Маркс обращает внимание также и на антинародный характер его правления, выразившийся в кровавой борьбе Генриха против ереси, которая в то время являлась религиозным выражением народного возмущения. При нем в 1401 году был издан “Статут о ереси”, по которому “епископам было разрешено арестовывать всех проповедников ереси, всех школьных учителей, зараженных еретическими идеями, всех владельцев и авторов еретических книг и сажать их в тюрьму, даже если они в уходу королю отрекались от своих убеждений”.

Материалы, которыми располагал Шекспир, позволили ему получить довольно верное представление о характере царствования Генриха IV. Этот период во всех хрониках предстает как время тяжелых смут, терзавших страну. Однако ни у кого из хронистов нельзя найти попыток объяснения тенденций развития английского общества и государства в это время.

Хронисты охотно подчеркивали братоубийственный характер феодальной распри, но не пытались выделить в этом столкновении исторически прогрессивную сторону.

Хронисты, в том числе и Холиншед, в сочинении которого чувствуется явное стремление приукрасить Генриха IV, признают его жестокость и вероломство, выразившееся в захвате короны, “вопреки клятве, данной при высадке на эту землю”, что вызвало ненависть к узурпатору. Осуждение Генриха как узурпатора, развязавшего междоусобицу, встречается и в более ранней хронике Т. Купера, где сказано: “Генрих IV взошел на английский престол, очевидно, скорее силой, чем вследствие законного наследования или выборов; это обстоятельство принесло ему много беспокойства и породило частые мятежи в его державе”.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (1 votes, average: 5.00 out of 5)
Loading...

Исторические данные для характеристики образа Генриха IV в хрониках Шекспира