Идейно-художественное своеобразие лирики А. А. Фета

Мир во всех своих частях равно прекрасен. Красота разлита по всему мирозданию и, как Все дары природы, влияет даже на тех, котоРые ее не сознают…А. А. Фет
Афанасий Фет – один из выдающихся русских поэтов XIX столетия. Расцвет его творчества пришелся на 1860-е годы – период, когда бытовало мнение о том, что основной целью литературы является отображение сложных общественных явлений и социальных проблем. Особое фетовское понимание сути и назначения искусства неотделимо от неприятия поэтом социальной действительности, которая, по его глубокому убеждению, искажает личность человека, подавляет его идеально-духовные свойства, божественно-природные силы.

Фет не видел идеала в современном ему общественном мироустройстве и считал бесплодными попытки его изменения.
Именно поэтому творчество Фета как певца “чистого искусства” закрыто от вторжения бытовой повседневности, мирской суеты, грубой реальности, в которой “соловьи клюют бабочек”. Поэт намеренно исключает из содержания своей лирики понятие “злободневность”, избрав предметом художественного изображения “вечные” человеческие чувства и переживания, тайны жизни и смерти, сложные взаимоотношения между людьми.
По мнению поэта, истинное, глубинное познание мира возможно только в свободном интуитивном творчестве: “Только художник на всем чует прекрасного след”. Красота для него – мера всех вещей и истинная ценность:
Целый мир от красоты, От велика и до мала, И напрасно ищешь ты Отыскать ее начало.
Герой Фета “мечтательно предан тишине”, “полон нежного волненья, сладостной мечты”. Его интересуют “шепот, робкое дыханье, трели соловья”, взлеты и падения творческого духа, мимолетные порывы “невысказанных мук и непонятных слез”. Его идеальное время года – весна (“Теплый ветер тихо веет…”, “Весенние мысли”, “Еще весны душистой нега…”, “Это утро, радость эта…”, “Первый ландыш”, “Весна на дворе”, “Весенний дождь”, “Глубь небес опять ясна…”, “Ей же”); любимое время суток – ночь (“Благовонная ночь, благодатная ночь…”, “Тихая, звездная ночь…”, “Еще майская ночь”, “Какая ночь! Как воздух чист…”, “Ночь лазурная смотрит на скошенный луг…”).

Его мир – “царство горных хрусталей”, “ночной тенистый сад”, “неприступный чистый храм души”. Его цель – поиск неуловимой гармонии мира, вечно ускользающей красоты:
Пуская в свет мои мечты, Я предаюсь надежде сладкой, Что, может быть, на них украдкой Блеснет улыбка красоты.
Как отмечал сам поэт, признак истинного лирика – готовность “броситься с седьмого этажа вниз головой с непоколебимой верой в то, что он воспарит по воздуху”:
Я загораюсь и горю, Я порываюсь и парю…И верю сердцем, что растут И тотчас в небо унесут Меня раскинутые крылья…
Красота для Фета не является незыблемой и неизменной – она мимолетна и мгновенна, ощущается как внезапный творческий порыв, наитие, откровение. Яркой иллюстрацией этой мысли выступает стихотворение “Бабочка”, отражающее уникальность, самоценность и при этом недолговечность, хрупкость, беспричинность красоты:
Не спрашивай: откуда появилась? Куда спешу? Здесь на цветок я легкий опустилась И вот – дышу.
Поэтому естественно, что лирический герой Фета испытывает смятение чувств, ощущая непостоянство, изменчивость, текучесть мира, живя в состоянии ожидания, предчувствия красоты:
Я жду,.. соловьиное эхо Несется с блестящей реки, Трава при луне в бриллиантах, На тмине горят светляки;
Я жду… Темно-синее небо И в мелких, и в крупных звездах, Я слышу биение сердца И трепет в руках и ногах.
Обратим внимание: красота, по Фету, присутствует везде, разлита повсюду – и в “блестящей реке”, и в “темно-синем небе”. Это природная и, одновременно, божественная сила, которая соединяет небо и землю, день и ночь, внешнее и внутреннее в человеке.
В поэзии Фета оживают, зримо предстают самые абстрактные, нематериальные картины и образы:
То ветра немое лобзанье, То запах фиалки ночной, То блеск замороженной дали И вихря полночного вой.
По мнению поэта, суть настоящего искусства – поиск красоты в обыденных предметах и явлениях мира, простых чувствах и образах, мельчайших деталях повседневности – шуме ветра, запахе цветка, сломанной ветке, милом взоре, касании руки и т. п.
Пейзажная живопись фетовской лирики неотделима от живописи переживаний души. Лирический герой Фета прежде всего певец “тонких линий идеала”, субъективных впечатлений и романтических фантазий (“Пчелы”, “Колокольчик”, “Сен-тябрьска#роза”, “На кресле отвалясь, гляжу на потолок,”Среди звезд”).Фетовская муза демонически изменчива и романтически неуловима: она то “кроткая царица ясной ночи”, “заветная святыня”, то “богиня гордая в расшитой епанче”, “молодая владычица сада” – но при этом неизменно “небесная”, “незримая земле”, всегда недосягаемая для мирской суеты, грубой действительности, постоянно заставляющая “томиться и любить”.
В связи с этим, Фету как никому другому из русских поэтов XIX века была близка тютчевская идея “молчания” (“silentium”): “Как беден наш язык!..”; “Людские так грубы слова…” – в отчаянии восклицает его лирический герой, которому “ангел шепчет неизреченные глаголы” По мнению поэта, прекрасное невыразимо и самодостаточно: “Только песне нужна красота, // Красоте же и песен не надо” (“Только встречу улыбку твою…”). Однако, в отличие от Тютчева, Фет предан романтической вере в возможность творческого озарения, отражения в поэзии сложной палитры чувств и ощущений:
Лишь у тебя, поэт, крылатый слова звук Хватает на лету и закрепляет вдруг И темный бред души и трав неясный запах…
Типичное состояние лирического героя Фета – духовная болезнь, одержимость идеей идеала, прекрасного, “раздражеиье недужной души”. Он постоянно балансирует между покоем и смятением, мрачностью тоски и счастьем просветленности, страхом потери и радостью обретения. Очень ярко это состояние передается в стихотворении “Качели”:
И чем ближе к вершине лесной, Чем страшнее стоять и держаться, Тем отрадней взлетать над землей И одним к небесам приближаться.
Таким образом, по Фету, состояние цельности и гармонии недостижимо в реальном мире, мечта разбивается в столкновении с грубой действительностью. Поэтому в его лирике постоянно присутствует и по-разному варьируется мотив сна. Это и сон-смерть, сон-спасение, и сои-надежда, и сон-мечта:
Мне снился сон, что сплю я непробудно, Что умер я и в грезы погружен;И на меня ласкательно и чудно Надежды тень навеял этот сон. (“Грезы”)
Фетовский герой постоянно ищет точку опоры, образ надежды, источник вдохновения, которые находит, с одной стороны, в естественной гармонии природы:
Люблю безмолвие полунощной природы, Люблю ее лесов лепечущие своды. Люблю ее степей алмазные снега.
С другой стороны, его вдохновляет рукотворная гармония античности, воплощенная в скульптурно совершенных и, одновременно, пластически гибких женских образах (“Диана”, “Вакханка”, “Нимфа и молодой сатир”). Идеалом же становится вечно живой и влекущий образ Венеры Милосской:
И целомудренно и смело, До чресл сияя наготой, Цветет божественное тело Неувядающей красой.
Итак, лирика А. А. Фега обладает несомненным общественным содержанием, но это содержание носит не конкретно-исторический, а вневременной универсальный, общечеловеческий характер – нравственный, психологический, философский.



Идейно-художественное своеобразие лирики А. А. Фета