“И старинная мечтательная жизнь встанет перед тобою…” По рассказу И. А. Бунина “Чистый понедельник”



По рассказу И. А. Бунина “Чистый понедельник”

Иван Алексеевич Бунин революцию встретил крайне враждебно, а время своего недолгого пребывания в новой России окрестил “окаянными днями”. Отношение его к новой власти было резко непримиримым, и он эмигрировал. Из поля зрения писателя выпала русская современность. Ли­шенный жизненно достоверной злободневной тематики Бунин все чаще обращается к трактовке “вечных” проблем – любви и смерти или к авто­биографическим лирическим воспоминаниям, говоря о себе: “Я – очень

русский человек.

Это с годами не пропадет”. Подтверждение этих слов – творчество И. А. Бунина. В произведениях, написанных вне России, сказалась необыкновенная особенность бунинского дара, благодаря которой самые обыденные и малозначительные эпизоды прошлой, прошедшей жизни при­обретают неожиданный смысл, глубину и поэтичность.

Таков и рассказ Бунина “Чистый понедельник”, вошедший в сборник “Темные аллеи”.

Написанный в 1944 г. рассказ переносит нас в Москву начала века, то есть более чем на 30 лет назад, “и старинная мечтательная жизнь встанет перед тобою…”

Бунинская память

с удивительной полнотой воспроизводит мельчай­шие приметы той, милой сердцу писателя, эпохи. Причем в рассказе со­единены два временных пласта: детали 1912-1914 гг., современной героям действительности, переплетаются с приметами глубокой древности. О мно­говековой истории Руси напоминают многочисленные названия москов­ских храмов, монастырей, икон (храм Христа Спасителя, Иверская, Васи­лий Блаженный, Спас-на-Бору, Архангельский Собор, Новодевичий, Чудов и Зачатьевский монастыри, Марфо-Мариинская обитель, икона Богороди­цы Троеручницы).

Там же упомянуты имена выдающихся исторических личностей (Пересвет и Ослябя, Юрий Долгорукий, князь Святослав). Ге­роиня рассказа приводит цитаты из древних летописей (“Рече Гюрги…”) и сказаний (“Был в русской земле город названием Муром…”). В произведе­нии видны реалии церковного обряда (“воздух, рипида, трикирии, крюки”), звучит молитва, читаемая начиная с Прощеного воскресенья и кончая се­рединой страстной недели Великого поста (“Господи Владыко живота мое­го…”). Как все это дорого сердцу Бунина!

С какой любовью он описывает “…старинную мечтательную жизнь…”!

И рядом с этим миром вечности – еще приметы “старины”, приметы московского быта начала 1910-х гг.: рестораны “Прага”, “Эрмитаж”, “Мет­рополь”, “Яр”; новый рассказ Андреева, “Огненный ангел” Брюсова, лек­ция Андрея Белого, концерт Шаляпина, могилы Эртеля и Чехова. В рас­сказе появляются и разные деятели Художественного театра: Качалов, Мо­сквин, Станиславский, Сулержицкий. Правда, современники Бунина описаны так, что сразу видно отношение самого автора к ним (иронично – Белый и в отрицательном ключе – Брюсов). Но описано все очень ярко, подробно, зримо.

Так и видишь древние храмы и монастыри, от которых веет про­светленностью и покоем, так и слышишь звон курантов на Спасской башне (героиня: “Какой древний звук, что-то жестяное и чугунное. И вот так же тем же звуком било три часа ночи и в XV веке”) А современная Бунину жизнь смутна, наполнена каким-то суетливым мельканием лиц, ощущени­ем сиюминутности всего происходящего (“…каждый вечер мчал меня в этот час на вытягивающемся рысаке мой кучер…”, “…каждый вечер возил я ее обедать…, после обеда в театры, на концерты, а там к,,Яру””).

Благодаря восторженной любви героя (“Я шел за ней, с умилением глядя на ее маленький след, на звездочки, которые оставляли на снегу но­вые черные ботики…”) опоэтизирована Москва – “странный город”, опо­этизирована вся эта старинная жизнь, вечная Москва. Мечтательность этой жизни связана с томительным, грустным, прекрасным началом “Лунной со­наты”, запахом зимнего воздуха “снежно-сизой” Москвы, с мирным, солнеч­ным, с инеем на деревьях вечером… А “расстегаи с налимьей ухой, розовые рябчики в крепко прожаренной сметане”, “стопки блинов, залитых сверх меры маслом и сметаной”, “огненные блины с зернистой икрой”, “замо­роженное шампанское”, табачный дым – так “гастрономично” описывает Бунин современность.

На этом фоне – рассказ о молодой, прекрасной паре: он “неприлич­но красив” и безумно влюблен, она – “у нее красота была какая-то ин­дийская, персидская…”, мечтательная, любящая старину, – искала что-то свое, настоящее. И нашла для себя это настоящее в религиозной старине. Тихий свет льется из глаз героини, когда она говорит о своей любви к “рус­скому летописному”, к “русским сказаниям”: “Допетровская Русь!.. И вот только в каких-нибудь северных монастырях осталась теперь эта Русь.

Да еще в церковных песнопениях”. Что это? Патриархальность?

Неприятие “новых времен”? Может быть, это “старинная мечтательная жизнь”? Во всяком случае, для героини рассказа – да!

В рассказе “Чистый понедельник” раскрылось чудесное, необычай­ное дарование И. А. Бунина проникать в самые глубины человеческого серд­ца, в самую суть жизни “как она есть”, и поэтому, когда читаешь его про­изведения, “…старинная мечтательная жизнь встанет перед тобою”.

Рецензия

Автор сочинения “И старинная мечтательная жизнь встанет перед то­бою…” достаточно полно и доказательно раскрывает тему, обнаруживая умение отобрать необходимый материал, анализируя наиболее существен­ные эпизоды жизни Москвы начала XX в. Мотив памяти и тема России – лейтмотив сочинения. Чутко понята поэтизация дорогого для Бунина мира русской действительности, его тоска по безвозвратно потерянной для него “старинной мечтательной жизни”, которая предстает перед нами со стра­ниц чистого, как и само название, рассказа. Сочинение личностное, эмо­циональное, написано хорошим литературным языком.

Сочинение написано в жанре литературно-критической статьи.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (1 votes, average: 5.00 out of 5)
Loading...

“И старинная мечтательная жизнь встанет перед тобою…” По рассказу И. А. Бунина “Чистый понедельник”