Функции языка

Человеческий язык существует в виде отдельных языков – русского, английского, китайского и многих других. Ну, а в каком виде существует каждый отдельный язык? Конечно же, не в виде составленных учеными словарей и грамматик.

Ведь словари и грамматики составлены далеко не для всех языков. Там же, где они составлены, даже лучшие из них дают, очевидно, лишь более или менее приближенное и далеко не полное отражение того, что существует в языке объективно, т. е. независимо от описывающих его ученых. Можно сказать, что язык существует в сознании его носителей.

Но и такой ответ не может удовлетворить нас.

Подумаем, как возникает язык в сознании каждого отдельного человека. Мы уже говорили, что он не является “врожденным”, переданным по наследству. Термин “родной язык” не значит “врожденный”, а значит только “усвоенный в раннем детстве”.

В сознание каждого человека язык проникает, безусловно, “извне”, проникает потому, что этим языком пользуются другие люди, окружающие. По их примеру им начинает с детства пользоваться и сам данный человек. И, с другой стороны, язык постепенно забывается, а в конце концов и начисто исчезает из памяти (даже и родной язык), если человек почему-либо перестает им пользоваться.

Из всего этого явствует, что о подлинном существовании языка можно говорить лишь постольку, поскольку им пользуются.

Язык существует как живой язык, поскольку он функционирует. А функционирует он в речи, в высказываниях, в речевых актах. Разграничение понятий “язык” и “речь” впервые в четкой форме было выдвинуто и обосновано швейцарским лингвистом Фердинандом де Соссюром (1857-1913), крупнейшим теоретиком в области общего языковедения и одним из зачинателей современного этапа в развитии нашей науки.

Затем понятия эти были глубже разработаны другими учеными, в частности у нас акад. Л. В. Щербой (1880-1944) и его учениками.

Заметим, что под речью (у Соссюра “la parole”) современное языковедение понимает не только устную речь, но также и речь письменную. В широком смысле в понятие “речь” включается и так называемая “внутренняя речь”, т. е. мышление с помощью языковых средств (слов и т. д. ), осуществляемое “про себя”, без произнесения вслух. Отдельный акт речи, речевой акт, в нормальных случаях представляет собой двусторонний процесс, охватывающий говорение и протекающие параллельно и одновременно слуховое восприятие и понимание услышанного.

При письменном общении речевой акт охва-тывает соответственно писание и чтение (зрительное восприятие и понимание) написанного, причем участники общения могут быть отдалены друг от друга во времени и пространстве. Речевой акт есть проявление речевой деятельности.

В речевом акте создается текст. Лингвисты обозначают этим термином не только записанный, зафиксированный так или иначе текст, но и любое кем-то созданное (все равно – записанное или только произнесенное) “речевое произведение” любой протяженности – от однословной реплики до целого рассказа, поэмы или книги. Во внутренней речи создается “внутренний текст”, т. е.

Речевое произведение, сложившееся “в уме”, но не воплотившееся устно или письменно. Почему произнесенное (или написанное) высказывание в нормальном случае будет правильно понято адресатом? Во-первых, потому, что оно построено из элементов, форма и значение которых известны адресату (скажем для простоты – из слов, хотя элементами высказывания можно считать, как мы увидим, и другие единицы). Во-вторых, потому, что эти элементы соединены в осмысленное целое по определенным правилам, также известным (правда, во многом интуитивно) нашему собеседнику или читателю.

Владение этой системой правил позволяет и строить осмысленный текст, и восстанавливать по воспринятому тексту его содержание. Вот эти-то элементы высказывания и правила их связи как раз и являются языком наших участников общения, частями их языка, т.

Е. языка того коллектива, к которому данные индивиды принадлежат. Язык (у Соссюра “la langue”) того или иного коллектива и есть находя-щаяся в распоряжении этого коллектива система элементов – единиц разных ярусов (слов, значащих частей слов и т. д. ) плюс система правил функционирования этих единиц, также в основном единая для всех, пользующихся данным языком. Систему единиц называют и инвентарем языка; систему правил функционирования единиц, т.

Е. правил порождения осмысленного высказывания (а тем самым и правилего понимания грамматикой этого языка.. Ясно, что в речевых актах и в текстах как инвентарь, так и грамматика языка существуют, можно сказать, в “распыленном виде”: в каждом отдельном предложении представлены какие-то элементы из инвентаря языка и использован ряд правил грамматики. При этом некоторые из этих элементов и правил применяются часто, на каждом шагу, повторяются в тысячах и миллионах высказывании, другие используются реже, третьи – совсем редко.

Задача лингвиста – разобраться в том “хаосе языковых фактов”, который представляет собой речь, выявить и взять на учет все элементы инвентаря все действующие правила грамматики и точно описать их, одним словом “вышелушить” из речи объективно заложенный и скрытый в ней язык” недоступный как целостная система непосредственному наблюдению но стоящий как своего рода абстрактная сущность за конкретностью и бесконечным многообразием явлений речи. Наука вообще, как правило, идет от явления, от непосредственной данности к сущности, к внутренним закономерностям и связям. Не составляет в этом отношении исключения и наука о языке.

Когда лингвист исследует живой язык, ему даны не только тексты – устные или письменные, но и возможность наблюдать речевые акты носителей данного языка. Кроме того, как подчеркнул Л. В.

Щерба, лингвист может в этом случае экспериментировать, т. е. создавать сам слова, грамматические формы и целые тексты на исследуемом языке и проверять приемлемость и понятность созданного, привлекая живых носителей данного языка (в том числе и себя самого, если объектом изучения является родной язык исследователя). Если же изучается мертвый язык, т. е. такой, которым уже никто не пользуется (по крайней мере в качестве основного средства общения), например латынь, древнегреческий, старославянский и т. д.

, ученый располагает только письменными текстами, более или менее ограниченными по объему (иногда даже только отдельными словами или формами, так пли иначе сохраненными в текстах других языков). Ни наблюдения за актами общения, ни эксперимент здесь уже невозможны.

Что касается природных носителей живых языков, то у них владение языком создается постепенно, начиная с раннего детства, и создается в принципе тем же путем, каким идет и ученый лингвист: каждый человек познает свой родной язык, “добывая” его из речи. Только процесс этого добывания носит в этом случае не вполне осознанный характер, протекает в основном интуитивно, особенно в детстве. Слушая речь окружающих, т. е. встречаясь с различными высказываниями, произносимыми в той или иной ситуации, ребенок постепенно научается связывать с повторяющимися элементами этих высказываний определенные смыслы, т. е. начинает понимать и выделять эти элементы, запоминает, а позже начинает и сам воспроизводить их в соответствующих ситуациях.

Шаг за шагом он усваивает и практически применяет правила комбинирования этих элементов и так незаметно овладевает системой родного языка. Известную роль играет и целенаправленное сообщение взрослыми ребенку тех или иных элементов инвентаря (слов), а на более поздних этапах – и правил грамматики. Но в основном знание родного языка все же добывается индивидом из собственного речевого опыта; в процессе переработки данных этого опыта из всей массы услышанного, а затем и прочитанного неуклонно и постепенно отбирается, обобщается и складывается в систему все повторяющееся, все более или менее устойчивое и все это тут же проверяется на практике, “пускается в ход” в новых и новых высказываниях. Так “сырой” речевой опыт индивида превращается в его “организованный” языковой опыт, и в сознании человека вырабатывается почти автоматический механизм владения родным языком и “контролер” этого механизма – так называемое языковое чутье, или “языковая компетенция”.

Язык и речь различаются так же, как правило грамматики и фразы, в которых использовано это правило, или слово в словаре и бесчисленные случаи употребления этого слова в разных текстах.

Речь есть форма существования языка. Язык функционирует и “непосредственно дан” в речи 1 . Но в отвлечении от речи, от речевых актов и текстов всякий язык есть абстрактная сущность.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...

Функции языка