“Черный человек” анализ поэмы Есенина



История создания поэмы “Черный человек” многое говорит о произведении. По свидетельству некоторых современников, первоначальный вариант был длиннее и отличался еще большим трагизмом. Супруга поэта Софья Толстая-Есенина говорила о том, как он читал поэму сразу после написания: “Казалось, разорвется сердце”.

Неизвестно, что побудило Есенина уничтожить черновые наброски и оставить сокращенный вариант, однако и он поражает своей депрессивной силой.

Первое прочтение оставляет почти болезненное впечатление: попытки воспаленного сознания проанализировать себя, раздвоение личности, алкогольный бред. Но работа над поэмой длилась долго, “Черный человек” – это не поток мыслей, хлынувших в одночасье на бумагу. Замысел возник еще во время зарубежных поездок Есенина, где он, до исступления любивший родную землю, не мог не чувствовать себя чужим и ненужным.

И черная меланхолия, к тем дням все чаще одолевавшая поэта, усиливала это ощущение и дарила страшное вдохновение.

Год завершения поэмы – 1925 – это последний год жизни Есенина. Такого искреннего,

пугающего своей мрачностью самоанализа не найти в русской поэзии, и только предчувствие окончания жизненного пути способно подарить произведению столь депрессивные краски.

В начале поэмы стоит обращение “Друг мой, друг мой”, такое же, как в его последнем стихотворении, созданном перед смертью. И читатель сразу, еще во вступлении, оказывается вовлеченным в действие поэмы, будто на самом деле слушая исповедь друга. Герой поэмы не щадит себя и с первых строк признается, что причиной душевной болезни, прихода “черного человека” может быть алкоголь, а дальше говорит и о собственной распущенности, и о самообмане.

И это не картинное покаяние, а простое признание, которое заставляет искренне жалеть такого человека.

Болезненная Метафора “Голова машет ушами, как крыльями птица”, и ей “на шее ноги маячить больше невмочь”, отсылает к суицидальным мыслям, и следующий дальше Рефрен “черный человек” нагнетает настроение до предела, подготавливая к его появлению. Все, пришел! Садится на кровать… и дальше – россыпь неприятных, усиливающих мрачное настроение слов: “мерзкой”, “гнусавя”, “усопшим”, “тоска”, “страх”.

Прямая речь “черного человека”, этого пугающего второго “я” героя поэмы, воспринимаются как откровение, признание в том, что душа пытается скрыть от самой себя. Не только поругание, но и похвала: “авантюрист самой лучшей марки”, “поэт с ухватистой силою”… и дальше едкая насмешка – о “женщине сорока с лишним лет, скверной девочке, его милой”. Герой слушает, не перебивая, а черный человек объясняет жизнь поэта и раскрывает ее самообман: в тоске и унынии изо всех сил казаться улыбчивым и простым, и пытаться выдавать это за счастье. Здесь его речь все же прерывается: лирический герой отказывается признавать в жутковатом портрете себя!

И черный человек, глядя в упор, хочет назвать его жуликом и вором, но – пауза, страшный гость исчезает.

Вторая часть поэмы начинается с повтора начальной тоскливой строфы, но дальнейшее описание довольно спокойное. Тихий зимний пейзаж, ночь, герой никого не ждет, стоя у окна… И вдруг снова подкрадывается жуть: “зловещая птица”, “деревянные всадники”, и – “опять этот черный на кресло мое садится”, теперь описанный более четко, в цилиндре и сюртуке.

Повторяется обличение героя, россыпь слов “подлец”, “ненужно”, “глупо”, “дохлая томная лирика”. В кульминации поэмы черный человек нападает на самое важное, на суть вдохновения и поэзии. “Как прыщавой курсистке длинноволосый урод говорит о мирах, половой истекая истомою”, – это прямое оскорбление и унижение! И чтобы уж не осталось никаких сомнений в том, кого имеет в виду незваный гость, следует точное описание: “мальчик в простой крестьянской семье, желтоволосый, с голубыми глазами… стал он взрослый, к тому ж поэт”.

И герой не выдерживает: взбешенный, разъяренный, бросает трость “прямо к морде его, в переносицу”…

Далее – короткая и драматичная Развязка, при первом прочтении поражающая читателя неожиданностью. “Что ты, ночь, наковеркала? Я в цилиндре стою. Никого со мной нет.

Я один… И разбитое зеркало…” Две детали: цилиндр, который был надет на “черном человеке”, и зеркало несомненно указывают, что страшный разговор герой вел с самим собой. И сразу картина обличения, порицания становится еще более трагичной: как, сознавая все это и старательно пряча от себя, можно было не сойти с ума и продолжать писать?!

Необыкновенно ценной становится поэма – откровенное признание Есенина, близок и понятен становится и он сам. И даже его трагическая гибель предстает в другом свете, после прочтения “Черного человека” – Реквиема поэта самому себе.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...

“Черный человек” анализ поэмы Есенина