Черно-белое мышление



Черно-белое мышление.

10 марта 2009г. еженедельник “2000” опубликовал мою статью “Исповедь историка-антипатриота”. В мае-июле еженедельник поместил ряд откликов на эту статью. Основная реакция читателей – негативная.

Прошло достаточно времени, чтобы успокоиться и попытаться прояснить свою позицию для непонятливых.

Есть читатели различных типов. Под первым впечатлением пишет неглубокий, поверхностный читатель. Волна откликов именно таких читателей прокатилась по страницам “2000”, отхлынула ничего не оставив ни в памяти, ни в душе.

Патриотизм, как и многие социальные понятия и явления, многолик, многомерен, многозначен. Смешивать все его варианты в одно единственное толкование – непродуктивно. Потому-то часто говорящие о нем, наблюдая его только со своей “кочки” зрения, не понимают оппонента и резко осуждают его взгляды и мысли.

Пусть меня простят те, кто обвиняет меня в том, что я ввожу в оборот новые понятия, но, на мой взгляд, существуют, по крайней мере, два разных подхода к пониманию патриотизма – государственный и естественный. Позднее

мы поговорим об экономическом, политическом и культурологическом понимании патриотизма. Государственный Патриотизм и естественный патриотизм в идеале должны стремиться к органическому слиянию.

Но этого слияния практически никогда не бывает и не может быть до тех пор, пока существует государство, как аппарат насилия одной группы (класса) населения над другой.

В социально неоднородном обществе государство всегда будет стоять на страже интересов крупных частных собственников. Таким образом, частная собственность разделяет эти два варианта патриотизма. Только в том государстве, где превыше всего будут интересы абсолютно всех личностей и каждой личности в отдельности (не путать с индивидуализмом), только там понятия государственного и естественного патриотизма сливаются в единый органический патриотизм.

В советский период, несмотря на все его издержки, у довольно значительной части населения эти понятия оказались неразрывно связаны. Это заслуга пропагандистского аппарата КПСС и государственной машины того времени, а также системы воспитания и обучения. Это и есть одна из причин, возможно одна из главных, победы советского народа в Великой Отечественной войне.

Капиталистическая Украина единством этих понятий похвастаться не может. Подавляющая часть населения не имеет чувства государственного патриотизма. А потому в случае даже незначительного военного конфликта с внешним неприятелем защищать ее будет некому и она скоротечно рухнет.

Вот хотя бы поэтому власть имущим в Украине не надо пытаться “шевелить военными мускулами”, которых, кстати, нет. Надеяться на помощь заокеанских или европейских “друзей” не стоит. Им своя шкура много дороже.

Россия, хотя и медленно, но просыпается от постсоветского угара. Мы видим, как правительство многое делает в интересах молодежи, а потому доля органического патриотизма в России возрастает год от года. Этот рост продемонстрировала и война России с Грузией по защите Южной Осетии.

Патриотизм, как и национализм, чувства вторичные, производные, в отличие от естественных (физиологических) чувств. Эти чувства воспитываются, а значит они социальны. (Вот поэтому Дети скорее любопытствующие и случайные националисты, но никак не воинствующие. Воинствующими становятся взрослые умственные недоросли.) Это обстоятельство нисколько не умаляет значимости этих чувств, но все-таки для выживания человека более важны чувства физиологические, так сказать “чувства низшего порядка”, но первичные по отношению к выше указанным.

Но вернемся к патриотизму и национализму. Если эти чувства производные, социальные, значит и регулируемые обществом и государством. Кто может утверждать, что в истории когда-либо существовало абсолютно нравственное общество, а тем более государство?

Так может ли субъект с неопределенной нравственностью воспитывать нравственные начала? Отсюда следует, согласно логике, а не чувствам и недомыслию, что патриотизм и национализм не являются сами по себе нравственными чувствами. Эти чувства вторичны не только к физиологическим чувствам, но и к идее выживания и благополучия Человечества. А эта идея носит столь нелюбимое многими название, как космополитизм.

Значит, космополитизм более нравственен, и первичен по отношению к патриотизму и, тем более, к национализму.

Патриотизм и национализм, с точки зрения выживания Человечества, эгоистичны по своей сути и являются отражением местечковых интересов. Свои, местечковые интересы для них превыше всего и важнее интересов Человечества. Такая позиция ведет к перманентной агрессивности и сопровождается регулярными конфликтами на почве “национальных и государственных интересов”, которые обычно заканчиваются войнами… и чем далее, тем более кровопролитными.

Таким образом, проклинаемый патриотами и националистами космополитизм смыкается в тесные объятия с пацифизмом, тоже нелюбимым патриотами и националистами. Так что с этой точки зрения для адекватной личности ничего не остается делать как воскликнуть: “Да здравствует космополитизм!” От себя добавлю, космополитизм естественный, не как отражение политики какого-либо государства, либо группы государств, а как потребность человечества в выживании.

Из этих рассуждений следует, что с точки зрения общечеловеческой морали и нравственности патриотизм и национализм тождественны и аморальны. С точки зрения сегодняшнего дня подобное утверждение для подавляющего числа людей чудовищно и неприемлемо. Однако с точки зрения будущности Человечества… надо еще подумать.

Мир стремительно меняется на глазах и человечество обязано обдумывать возможные варианты развития событий в мире. Лучше обсуждать варианты дальнейшего развития земной цивилизации и регулировать это движение, чем на большой крови и в потемках отыскивать путь в будущее.

В отношении патриотизма и национализма не все так просто. Эти чувства, как и любое человеческое чувство многогранны. Из многих сторон этих чувств, выделю экономическую, политическую и культурологическую направленность.

Так вот, отрицая политический и экономический патриотизм, мы ни в коем случае не должны отказываться от культурологического патриотизма, при этом понимая, что культурологический патриотизм должен органично вплетаться в мировой культурологический процесс и пространство.

Говоря о национализме, уместно заметить, что это – гипертрофированный патриотизм. По определению патриотизм – это любовь к Родине. Патетически восклицая об этой любви, обыватель под словом “Родина” имеет в виду государство.

Но государство и родина – разные понятия. Происхождение слова “родина” от слова “род” (семья, племя). А так как семья и место рождения имеет для каждого человека огромное значение и являются одним из первых жизненных, а потому наиболее глубоких и устойчивых, впечатлений, то только в этом смысле имеет смысл говорить о патриотизме. Но и этот (в хорошем смысле) домостроевский патриотизм интернационализацией (вернее сказать космополитизацией) жизни и коммуникативным взрывом стремительно размывается в настоящее время.

Космополитизация и коммуникативный взрыв решительно разрушают родовые связи (отношения между родственниками) и наносят сокрушительный удар по т. н. патриотизму. Подтверждает эту мысль и стремительный рост миграции (эмиграции) во всем мире. Этого уже никто не станет отрицать, и процесс этот, видимо, в ближайшей перспективе будет только нарастать, размывая не только внутриродовые, но и национальные связи.

Вызывает недоумение фарисейство кричащих о своем мнимом патриотизме. Ведь для подавляющего большинства этих “патриотов” СССР был Родиной. Мало того, большинство мужчин, живших в СССР, давали военную присягу на верность. Где же они были, когда кучка компартийных лицемеров типа Горбачева, Ельцина, Кравчука, Шушкевича и прочих разрушали их Родину, которую они клялись защищать?

А теперь козыряют своим патриотизмом?

Если уж и имеет смысл говорить о патриотизме, то вероятнее всего необходимо говорить о семейном патриотизме, и не более того. Патриотизм, как любовь к родине-государству в наше время и в нашем месте, показал свою несостоятельность и потерпел полное поражение. Не верите?! Тогда спросите нынешнюю молодежь о том, готовы ли они пожертвовать своим благополучием (о жизни говорить не станем) ради этого государства?

Ответ, я полагаю, вам известен заранее. Только не надо говорить о “бравых ребятах”-миротворцах, которые “готовы служить родине”. Вся их готовность измеряется величиной суммы (желательно) в валюте.

Цинично? Да, цинично, но не говорить об этом и благоразумно помалкивать – еще циничнее.

Теперь о наградах… Продолжаю настаивать на том, что награды необходимо давать только за спасение людей. Советские воины во время Великой Отечественной защищали, спасали себя, свои семьи, своих родных и знакомых от профессиональных убийц, которые пришли с четко поставленной целью на нашу землю.

Поэтому убивая, они спасали. Кстати, в представлениях к наградам никогда не было слов “за уничтожение” такого то числа врагов, а награды давались “за личное мужество и героизм”. А это не одно и то же, как некоторые полагают.

Говоря о сомнительных наградах за убийство людей, я имею, в том числе, ввиду и наших “миротворцев”, которые с энтузиазмом едут в т. н. “горячие точки”. Или они тоже “патриоты защищающие свою землю от врагов”? Что-то далековато, иной раз они отыскивают врагов. Хотя о чем это я? Нам ныне пример во всем США.

Это для них “интересы североамериканского государства” распространяются на весь мир. Вот и отечественные госмужи поспешно пытаются шагать за ними в ногу. А шаровары не порвутся?

Но вернемся к глобализации или космополитизму.

Во-первых, желаем мы того или не желаем, но процесс глобализации – объективная реальность мирового исторического процесса. А потому закрывать глаза и бубнить: “ничего не вижу, ничего не слышу” – по крайней мере, не продуктивно.

Во-вторых, глобализация экономики, политики и значительной части культуры уже произошла. Это свершившийся факт. Практически все государства, имеющие маломальскую значимость в мире, утратили не только суверенитет своих экономик, но и утратили частично свою политическую независимость, группируюсь вокруг нескольких цивилизационных центров.

Взаимодействие этих центров также приведет их, в конце концов, к слиянию в глобальную цивилизацию. Говорить о том, что это может произойти только в отдаленном будущем, значит не понимать, что исторический процесс имеет тенденцию к ускорению.

Отрицать глобализацию – то же самое, что дуть против ветра. Хотя в одной из сторон жизни общества тотальная глобализация неприемлема и даже опасна – в области культуры. Любая культура должна развиваться в рамках общемирового процесса, но при этом не терять своей неповторимости и своеобразия.

Утрата национальной культуры даже самого малого народа, вне всякого сомнения, есть невосполнимая потеря, есть обеднение мировой культуры. Я не приемлю политический национализм в любой форме, но сторонник толерантного культурного национализма. Есть мировая культура, но есть и национальная.

Если сравнить их по темпам роста, то мы увидим что мировая культура развивается значительно более стремительными темпами, нежели национальная. Это вполне объяснимо и естественно. Но мировая культура, несмотря на свое национальное происхождение – космополитична. И трагедии в этом нет никакой.

Это закономерность. Это я для тех, кого слово космополитизм повергает в священный ужас.

Парадокс глобализации состоит в том, что построение социально-ориентированной глобальной экономики и политики (но не безоговорочное подчинение диктату “сильных мира сего”) весьма конструктивно влияет на эффективность развития мировой цивилизации.

Я писал, что если очистить понятие “патриотизм” от идеологической шелухи, то получим, чаще всего банальный национализм. Повторюсь: именно так. Потому что истинный патриотизм несет на себе блеск высокой духовности, культуры и общечеловеческих ценностей. Многие ли бьющие себя в грудь, обладают этим.

Ответ очевиден. Вот поэтому я и боюсь дремучего, не думающего ни о чем и ни о ком, кроме себя любимого, патриотизма. Патриотизм – это гордость за историю своего народа со всеми ее взлетами и падениями, но никак не гордость за государство, т. е. механизм управления. Механизм может быть совершенным или не очень, но гордиться механизмом – глупо.

Гордиться надо людьми. Приемлю патриотизм только как причастность к истории и культуре своего народа.

То что “Исповедь…” вызвала определенный резонанс и нешуточное волнение некоторых квасных патриотов, говорит лишний раз в пользу того, что преподавать социально-политическую историю незрелым подросткам и юношам нет смысла, если не сказать больше. Но это вовсе не значит, что в школе не должно быть учебного предмета “история”. Просто эта история должна быть другой: глубоко нравственной и духовной.

Размышляя о патриотизме и стремительно глобализирующемся мире, я лишь делал попытку рассмотреть сам процесс, но, ни в коем случае не призывал сломя голову бежать вслед за космополитами. Но мои критики увидели во мне лишь “певца космополитизма”. Это аналогично тому, как если бы исследователя тифозной вши обвинять в агитации за культивирование этой “прелести”.

Общеизвестно, что общепринятые понятия от частого, бездумного и вольного употребления девальвируются. Моя задача при написании статьи и состояла в том, чтобы попытаться напомнить читателям о необходимости задумываться об истинном значении, вне всякого сомнения, великого понятия Патриотизм.

Сент. 2009г.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...

Черно-белое мышление