Апокалипсис XX столетия в творчестве Юрия Клена



Громом среди ясного неба упала беда на Освальда Бургардта (Юрия Клена) летом 1921 года. К революционным событиям он относился тогда лояльно, но это не спасло его от ареста. Хотя и работа его была мирная, далекая от политики – Освальд Бургардт учительствовал в том году в небольшом провинциальном городке вблизи Лирятина.

Его рядом с другими баришивскими учителями, заподозренными в “буржуазном” происхождении, как опасного преступника, потянули по разным тюрьмам, потом бросили в смертный подвал в Полтаве… Поэт раньше попал под беспощадные жернова “революционной законности”, точнее – государственного террора, которые не замедляли своих оборотов, хотя гражданская война уже и кончилась. Ежедневные жестокие допросы, ночные расстрелы – все это вскидывалось на страшный сон.

О своих жутких впечатлениях от пребывания в камере смертников поэт позднее напишет во впечатляющей поэме “Проклятые года”. Он припоминает там подвал чека в Полтаве, и возникают перед глазами надписи на стенах, сделанные обреченными на расстрел людьми:

“Жду расстрела. Петр

Поджигатель”. “Сегодня умру за тебя, мой народ. Гван Мазнюк”. “Конец. Нет надежд.

Проклятие шлю палачам. Василий Макода”.

Мир будто раскололся на две непримиримых части – “пролетарскую” и “буржуазную”, и бедствие было тому, кто, независимо от своего социального происхождения, попадал в другую часть: он сразу лишался права быть человеком, превращался в классового врага, обреченного на физическое уничтожение, и безразлично, или виновный он был, или нет. Освальд Бургардт упоминал, что большинство узников, с которыми он сидел, было расстреляно. Такая же судьба ждала и поэта, если бы не ходатайство известного русского писателя Владимира Короленка, который в своих честных и мужественных письмах к А. Луначарского выражал протест Против “наибольшего озверения новых пор”. Сначала благосклонно отнесшись к революции, Освальд Бургардт потом прошел через настоящий ад, который принесли людям “новые времена”, пережил ожидание смерти.

И, наверное, именно тогда он понял, что уже никогда не сможет оставаться в стороне от политики, понял, что обязательно должен рассказать будущим поколением правду о большевистских временах и о том ужасе, который они принесли Украине. Какой певец поэму составил о холоде, рассказал ли, как людей нашего возраста крушил и давил пролетарский молот? В скольких кровях купали тот герб?

А уничтожение те человеческие были просто-таки неслыханно жестокими, особенно в 30-те года: и репрессии, и голодомор тридцать третьего – все это воистину было апокалипсисом XX столетия…

В той самой поэме с выразительным названием “Проклятые года” Освальд, Бургардт изображает ужасные картины голода, который миллионами косит украинцев, а зерно лежит грудами просто до неба и гниет под дождем. Люди голодают в то время, когда хлеб отправляют куда-то в море, в безвестность, за границу…

Такой “эдем” большевики, в самом деле, мечтали создать и в других краях мира: вспомним по крайней мере лозунг о мировой революции…

Но западный мир воспринимал советскую действительность как какую-то неимоверную фантасмагорию. В другой большой поэме “Пепел империй”, написанной в эмиграции, поэт правдиво передает такое восприятие, создавая некоторую сюрреалистическую картину:

Все в себя втянул и крутит водоворот, мир захлебывается в мучении. И кто-то грядет… не люд, а зверь в багряном сиянии революций. Будто шерсть нечесаная руда, ген над церковными крестами широкая Маркса борода лопочет флагом над нами.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...

Апокалипсис XX столетия в творчестве Юрия Клена